ИМЕЮ МНЕНИЕ - ГЕОПОЛИТИКА
28.10.2021
Александр Филей
Латвийский русский филолог
ХОЛОДНО ЗНАЧИТ СТЫДНО
И страшно...
-
Участники дискуссии:
49711 -
Последняя реплика:
больше месяца назад
Петр Погородний,
Дарья Юрьевна,
Лилия Орлова,
Heinrich Smirnow,
Сергей Рудченко,
Сергей Прищепов,
Андрей (хуторянин),
Владимир Бычковский,
Леонид Соколов,
Александр Кузьмин,
Борис Бахов,
Maija Vainst,
Alex Mel,
Марк Козыренко,
Johans Ko,
red pepper,
Ольга Шапаровская,
Виктор Чистяков,
arvid miezis,
Marija Iltiņa,
Константин Рудаков,
Леонид Радченко,
Илья Нелов (из Тель-Авива),
Юрий Янсон,
Анатолий Первый,
Андрей Жингель,
Владимир Иванов,
Сергей Радченко,
Vladimir Kirsh,
Илона diz,
Савва Парафин,
Юрий Васильевич Мартинович,
Марина Зимина,
Ярослав Александрович Русаков,
Алексей Праведнов,
Элла Журавлёва,
Рейн Урвас,
Rita Dorofeeva,
Митро Митро,
Антон Смулько,
Иван Киплинг,
Анатолий Зайцев,
Александр Гильман,
Jurijs Sokolovs,
Роланд Руматов,
Victoria Dorais,
Василий Семенов
Удивительно. Когда-то были времена, когда никому не нужна была эта бесконечная суровая Сибирь с лютыми морозами. Ни один теплолюбивый европеец не готов был совать туда нос. И даже до сих пор в обиходе для европейца нет в русском языке слова страшнее слова «Сибирь».
Конечно, если для жителя Тулузы Кале — это уже полюс холода. Можно представить, какие ассоциации пробуждаются в сознании средиземноморских теплокровных в связи с Сибирью.
Сейчас же фантазии разыгрались. Помимо Сибири начинает волновать ещё и Арктика. Хребет Ломоносова не даёт покоя мечтателям. Как бы все эти заснеженные пространства у России взять и поделить. Вот бы покрыли свои расходы на полтора столетия вперёд.
И счастье было бы так возможно, если бы не Путин, которому взбрело в голову милитаризировать арктические пространства. Ишь что удумал — чеченский спецназ в арктических условиях тренироваться заставляет. Да ещё и смеётся над европейскими обывателями — мол, мёрзни, мёрзни, волчий хвост.
На помощь приходит историческая лингвистика — наука очень точная. А она красноречиво свидетельствует о том, что когда холодно — стыдно. На самом деле исторически слова «стыд» и «стужа» одного корня. Кстати, на помощь приходят и балто-славянская историческая семантика. Слова sarma (по-латышски «иней») и срам тоже одного корня. Природу не обманешь.
И то, что Европе сегодня холодно, это оттого, что ей стыдно из-за того, что она не догадалась, что рыночная модель оплаты энергопоставок отказывается работать. И стыдно ещё и от того, что в своё время, так где-то четыре века назад, они начали колониальный этап своей непростой истории. А Сибирь и Арктика досталась русским. Этим морозостойким первопроходцам. Ермаку Тимофеевичу всяческий почёт и уважение. И Ивану Васильевичу Грозному тоже. Сибирь и Россия созданы друг для друга.
Европейскому человеку мёрзнуть крайне неприятно. Это выбивает целые народы из колеи. А мёрзнуть и осознавать, что колоссальные природные богатства сосредоточены в руках у русских — ещё более неприятно. Прекрасный русский писатель-фантаст Юрий Александрович Никитин в начале 2000-х годов написал во многом предупредительный роман «Имортист», в котором действуют нехорошие ребята — юсовцы, планирующие военную интервенцию против России, недостаточно заботящейся о сохранности водных ресурсов озера Байкал.
Но это было в начале 2000-х, когда после грандиозного развала Россия ещё не обладала достаточным вооружением, чтобы сражаться за свои национальные интересы. Сегодня ситуация иная. И география такова, что Россия нигде не заканчивается. Так Путин объяснил детям. Это, ребята, аксиома. В это можно только верить.
Но арктический вопрос не даёт покоя иностранцам. Сначала научное сообщество поднимало аспект территориальной принадлежности хребта Ломоносова. Теперь западные военные — правда, очень редко — что-то комментируют. Но их поезд ушёл. У России — безбрежные северные пространства, которые обеспечивают ей энергетическую безопасность и самодостаточность на несколько столетий вперёд. Гарантированно обеспечивают.
Само осознание этого очень сильно фрустрирует западных геостратегов, которые до сих пор живут ельцинскими девяностыми и не могут смириться с тем, что у России очень много сил и средств, чтобы остановить любой намёк на экспансию. Это трудно понять и принять. Понимают только самые умные.
Приходится обращаться к исторической лингвистике. И забыть мечтать о гипотетических концессиях на Сибирь и Арктику. Это всё давно забытые иллюзии. Надо жить в условиях нынешнего века. И хотя бы пытаться думать о том, как минимизировать риски и заключать человеческие контракты с «Газпромом». А не так, как Баррозу с Пиебалгсом прописали. Быть хорошим бизнесменом — это ведь так по-европейски.
А холодно значит стыдно. Надо это крепко-накрепко запомнить.
Конечно, если для жителя Тулузы Кале — это уже полюс холода. Можно представить, какие ассоциации пробуждаются в сознании средиземноморских теплокровных в связи с Сибирью.
Сейчас же фантазии разыгрались. Помимо Сибири начинает волновать ещё и Арктика. Хребет Ломоносова не даёт покоя мечтателям. Как бы все эти заснеженные пространства у России взять и поделить. Вот бы покрыли свои расходы на полтора столетия вперёд.
И счастье было бы так возможно, если бы не Путин, которому взбрело в голову милитаризировать арктические пространства. Ишь что удумал — чеченский спецназ в арктических условиях тренироваться заставляет. Да ещё и смеётся над европейскими обывателями — мол, мёрзни, мёрзни, волчий хвост.
На помощь приходит историческая лингвистика — наука очень точная. А она красноречиво свидетельствует о том, что когда холодно — стыдно. На самом деле исторически слова «стыд» и «стужа» одного корня. Кстати, на помощь приходят и балто-славянская историческая семантика. Слова sarma (по-латышски «иней») и срам тоже одного корня. Природу не обманешь.
И то, что Европе сегодня холодно, это оттого, что ей стыдно из-за того, что она не догадалась, что рыночная модель оплаты энергопоставок отказывается работать. И стыдно ещё и от того, что в своё время, так где-то четыре века назад, они начали колониальный этап своей непростой истории. А Сибирь и Арктика досталась русским. Этим морозостойким первопроходцам. Ермаку Тимофеевичу всяческий почёт и уважение. И Ивану Васильевичу Грозному тоже. Сибирь и Россия созданы друг для друга.
Европейскому человеку мёрзнуть крайне неприятно. Это выбивает целые народы из колеи. А мёрзнуть и осознавать, что колоссальные природные богатства сосредоточены в руках у русских — ещё более неприятно. Прекрасный русский писатель-фантаст Юрий Александрович Никитин в начале 2000-х годов написал во многом предупредительный роман «Имортист», в котором действуют нехорошие ребята — юсовцы, планирующие военную интервенцию против России, недостаточно заботящейся о сохранности водных ресурсов озера Байкал.
Но это было в начале 2000-х, когда после грандиозного развала Россия ещё не обладала достаточным вооружением, чтобы сражаться за свои национальные интересы. Сегодня ситуация иная. И география такова, что Россия нигде не заканчивается. Так Путин объяснил детям. Это, ребята, аксиома. В это можно только верить.
Но арктический вопрос не даёт покоя иностранцам. Сначала научное сообщество поднимало аспект территориальной принадлежности хребта Ломоносова. Теперь западные военные — правда, очень редко — что-то комментируют. Но их поезд ушёл. У России — безбрежные северные пространства, которые обеспечивают ей энергетическую безопасность и самодостаточность на несколько столетий вперёд. Гарантированно обеспечивают.
Само осознание этого очень сильно фрустрирует западных геостратегов, которые до сих пор живут ельцинскими девяностыми и не могут смириться с тем, что у России очень много сил и средств, чтобы остановить любой намёк на экспансию. Это трудно понять и принять. Понимают только самые умные.
Приходится обращаться к исторической лингвистике. И забыть мечтать о гипотетических концессиях на Сибирь и Арктику. Это всё давно забытые иллюзии. Надо жить в условиях нынешнего века. И хотя бы пытаться думать о том, как минимизировать риски и заключать человеческие контракты с «Газпромом». А не так, как Баррозу с Пиебалгсом прописали. Быть хорошим бизнесменом — это ведь так по-европейски.
А холодно значит стыдно. Надо это крепко-накрепко запомнить.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Александр Филей
Латвийский русский филолог
ПЕРЕДЫШКА В АНКОРИДЖЕ
Лед тронулся. Процесс пошел
Александр Васнецов
Фрилансер
Битва за Арктику началась
В зоне стратегических интересов
Александр Филей
Латвийский русский филолог
А КНУТОМ НЕ ПРОБОВАЛИ?
Позорная профанация высшего образования