У нас в моду вошли психотерапевты. Не психоаналитики, как в США, производящие с сознанием пациента действительно сложные манипуляции, а психологи, получившие сертификат врачевателя. Метода их проста — они беседуют с вами и вам же объясняют, как вы не правы в той или иной ситуации.


Такие врачеватели души обосновались на некоторых радиостанциях, где по вечерам, на пару с ведущим, они учат нас жить.

Дело это, конечно, полезное, когда и психотерапевт, и ведущие программу — люди пожившие и опытные. У таких и я не прочь поучиться, хотя прожил не так уж мало лет.

Но представьте себе мое удивление, когда я неожиданно увидел в одной из газет рядом с интервью их снимки. Совсем молодые, начинающие «специалисты»! Нет ничего странного, что многое в этих полуночных беседах у меня вызывало недоумение.

И больше всего новомодная установка таких врачевателей души на то, что главное сегодня в нашей жизни — это умение полюбить себя. Не окружающих людей или «ближнего своего», а именно самого себя.


Известная христианская норма «возлюби ближнего своего, как самого себя» ими либо переосмысливается, либо отрицается на корню.

Они трактуют ее очень странно. Дескать, чтобы полюбить ближнего, надо сперва научиться… любить самого себя. Эту мысль нынешние психотерапевты преподносят чуть ли ни как главную заповедь бытия.

Но как тогда быть с природой человека? Что же получается, человек — полено, которое папа Карло забыл научить самолюбию?..

Ведь каждый знает, что любыми нашими действиями и поступками слишком часто руководит пресловутый эгоизм... Что мы исконно, от века и рождения — уже самолюбивы, и именно себя любим больше, чем кого-либо другого. Это сидит в нас изначально.

А суть известной библейской заповеди как раз в том и заключается, чтобы побудить человека найти способ преодолеть врожденную любовь к себе, то есть пересилить свой эгоизм настолько, чтобы любовь эту целиком перенести на окружающих людей.

Так что нынешние психотерапевты мало того что отвращают нас от основной христианской заповеди, они как бы толкают нас к нарциссизму, к самовлюбленности и самолюбованию, а это уже вообще патология.


Кроме того, ставя телегу впереди лошади, психотерапевты начинают говорить вещи совсем уж несусветные.

Однажды речь зашла о неудачниках. Ведущий передачу задал вопрос, как человек удачливый и состоявшийся должен себя с ними вести. Психотерапевт немного помялся и сказал, что лучше, конечно, себя от неудачников изолировать.

Что называется, нет человека — нет проблем. Незачем грузить себя чужими заботами.

Но ведь можно рассудить иначе. Отгородиться от неудачливого человека — не фокус. Сделать это легче всего. Только при таком раскладе это никому чести не сделает.

Мне кажется, наоборот, если человек вам не безразличен, надо не отгораживаться от него как в зоопарке — у меня свой вольер, у тебя свой, — а попытаться сделать все возможное и невозможное, чтобы вовлечь его в свой круг общения и своих интересов. Чтобы он почувствовал себя нужным и востребованным и ему самому стало бы неприятно брюзжать.

Не это ли и называется возлюбить ближнего своего, как самого себя? Другого, по-моему, тут не дано.


Именно так поступают состоявшиеся и действительно крепко стоящие на ногах люди. Как говорится, трус не играет в хоккей. Отгораживаются от неудачников либо трусы, либо мошенники — те, кому случайно удалось отхватить куш и они боятся, что привалившее им счастье у них отберут.

Сильный и удачливый человек может свою силу проявить, пожалуй, только одним способом. Подать руку слабому и вытащить его наверх.

Так что грех отворачиваться от неудачливых. Один раз отвернешься, другой раз отвернешься, а на третий раз и не заметишь, как удача отвернется от тебя самого.

Не подать руку кому-то в беде — дурная примета. Это значит навлечь беду на себя. Так что в заповеди «возлюби ближнего своего как самого себя» смысл гораздо шире, чем полагают наши психотерапевты.

Дело тут не в одном самолюбии, а в том, чтобы и тебя полюбили. Это гораздо ценнее — и достигнуть этого трудней, чем то, чему они учат.