В действительности латышская госбезопасность никакие локти не кусает. У них всё по плану.

Уверен, они с самого начала понимали смехотворность обвинений. То есть если бы удалось довести дело до суда и тем более до хоть какого-нибудь обвинительного приговора, они были бы рады и наградили бы друг друга премиями. Но и так у них получилось неплохо.
 

Главную задачу сформулировал тогдашний премьер Кучинский — уничтожить русское образование в Латвии без особых скандалов. И задача была полностью выполнена.

Безусловно, на победу латышей сработали сразу несколько обстоятельств. В первую очередь наличие партии Согласие, категорически отказавшейся что-либо делать для защиты русского избирателя и даже демонстративно не включившую русские вопросы в свою предвыборную и партийную программы. Но и действия латышской госбезопасности, направленные в предвыборный период только и исключительно против конкурентов Согласия, сыграли важную роль.

Перед выборами критически важно как для латышей, так и для Согласия представить в виде экстремистов любые общественно-политические силы, защищающие русские вопросы. Сделать их токсичными, опасными для сотрудничества и даже общения. А для этого надо было предъявить громкие и грозные обвинения — и чем более они будут непонятными и расплывчатыми, тем лучше.

Надо сказать, что на русскую прессу и русского избирателя это вполне подействовало. Представитель одного русского СМИ прямо утверждал, что запрет рекламировать конкурентов Согласия шёл не только от самого Согласия — они тогда контролировали Рижскую думу, которую сделали крупнейшим рекламодателем русской прессы. Но и давление латышской госбезопасности в этом же направлении было как никогда ощутимо.
 

В результате русская пресса неоднократно «не замечала» тысячных митингов в защиту русских школ и даже за деньги (!!!) отказывалась размещать соответствующую рекламу.

А русский избиратель предсказуемо либо отдал свои голоса Согласию, либо вообще не пошёл голосовать. Русское образование было успешно уничтожено. Причём без особых скандалов — как и хотели правящие латыши.

Так что для латышской госбезопасности закрытие дела родительского собрания вовсе не неудача. Политическое преследование неугодных латышам сил оказалось успешным.

А это именно политическое преследование. Достаточно сравнить, как поступает латышская госбезопасность с латышами и русскими в похожих обстоятельствах. Когда какой-нибудь Шнорре или Седлениекс говорят гадости про русских, латышская госбезопасность сначала внимательно исследует их высказывания и только потом закрывает дело. Недели через две-три, не позднее — чтобы эти милые люди особо не волновались.

Когда же нежелательные для латышей вещи говорят Козырев, Линдерман или Гапоненко, то их сначала сажают в тюрьму и только потом начинают разбираться по сути — заказывают экспертизы, опрашивают свидетелей и т.д. Неспешно, с ленцой. И закрывают совершенно пустое дело через пару лет.
 

---

---