ТЕРРИТОРИЯ КАРГО-КУЛЬТА :: IMHOclub - Территория особых мнений

ИДЕОЛОГИЯ

Сегодня

Рус Иван

Русский Человек. Ветеран. Участник прошлых, нынешних и будущих.

ТЕРРИТОРИЯ КАРГО-КУЛЬТА

Что ждут прибалтийские «элиты»

Участники дискуссии:

0

0
Последняя реплика:

Сорок пятый год, тихоокеанские острова Меланезии. Американцы только что прорубили в джунглях взлётные полосы, навезли тушёнки, сигарет, ботинок и зажигалок — и местные дикари впервые в жизни увидели, как с неба прилетает изобилие. Кто-то наверху, в облаках, явно благоволит белому господину. Достаточно правильно встать, правильно помахать, правильно покричать — и сыплется.

Война закончилась, американцы ушли, изобилие — тоже. И тогда туземцы построили из соломы и бамбука копии того, что видели: взлётные полосы из тростника, диспетчерские вышки из веток, наушники из половинок кокоса. Маршировали с деревянными винтовками вдоль пустых полос, жгли костры по углам, шептали в кокос. Антропологи назвали это карго-культом. Сами участники ритуала никаких мудрёных терминов не знали — они просто ждали, что небо вот-вот снова откроется и счастье вернётся.

Я долго считал это музейной экзотикой бородатых антропологов. Повод посмеяться над дикарями, которые не понимают разницы между причиной и следствием. Пока однажды не посмотрел внимательно на карту. Не на тихоокеанские архипелаги — на восточную окраину Европы. И там, между Балтийским морем и Чудским озером, обнаружился такой же ритуал. С тем же содержанием, только без пальм. Климат прохладнее. И счастье с неба сыплется не тушёнкой, а европейскими субсидиями. В остальном — один к одному.

СОЛОМЕННАЯ ОБОРОНА И ПЛЮХА ОТ «БРАТА ПО ОРУЖИЮ»

Главный тотем региона Rail Baltica — священная железная дорога, которой нет, — десять лет торжественно «строится» в виде бетонных огрызков и мостов, уходящих в никуда. Ноль метров рельсов, миллиарды евро. Лучшая модель меланезийского самолёта из соломы: контуры узнаваемы, лететь не может, но стоит — а значит, обряд соблюдён. Демографическая статистика тает быстрее, чем поступают объяснения, почему она тает. Языковая политика воюет с буквами вместо того, чтобы лечить страну. Память о Великой Отечественной — переписывается прилежными жрецами прибалтийского карго-культа в три смены, чтобы крепче спалось. Каждая из этих историй заслуживает отдельной статьи и каждая, в общем, уже была написана. Сегодня — о другом.

Седьмого мая 2026-го на территорию Латвии со стороны российской границы залетело несколько украинских беспилотников. Один врезался в нефтебазу в Резекне, повредил резервуары — те, по счастью, оказались пустыми. Через три дня ушёл в отставку министр обороны и следом — премьер Силиня вместе со всем правительством. Историю эту, как обглоданную косточку, обсосали уже все, кому не лень...

Интересно другое: что эта плюха обнажила. Годами жрецы рассказывали своим племенам про русские танки у ворот и о неизбежности нападения со стороны коварного кровожадного соседа. И вот тут начинается самое смешное.

БАМБУКОВЫЕ НАУШНИКИ И ТОТЕМ ИЗ КОКОСА

Государственная ПВО за всё время прибалтийского карго-полёта не сбила ни одного украинского дрона. Ни одного. Они летают над страной чуть ли не ежедневно, преодолевают по сорок-пятьдесят километров и спокойно взрываются на территории племени.

Зато жрецы немедленно вызвали поверенного в делах России и вручили ноту протеста. Не потому, что Россия виновата. А потому что обряд требует: в любой неприятности — обвинить Москву, и того конкретного человека, чьё имя жрецы помнят даже во сне. Нарушать культ нельзя. Нарушение убивает надежду на плюшки, которые вот-вот должны посыпаться с небес.

А прятаться-то в это время — куда? Прячьтесь, ребята, сами. По данным самой же латвийской прессы, в Риге укрытий хватает примерно на восемь процентов жителей. На остальных девяносто два — не приготовили. Большая часть советских бомбоубежищ превращена в склады, гаражи, винные погреба и магазины коврового покрытия. Президент Литвы во время тревоги девятнадцатого мая залез в бомбоубежище сам — у него-то нашлось. Школьники в Латвии и Литве в эти же дни прятались под партами: рекомендация Министерства образования разработана, очевидно, с учётом меланезийского опыта. Сирены воздушной тревоги наконец-то решили проверить — в начале июня. После того как боевые дроны, начиненные «братской», но от этого не менее смертоносной взрывчаткой, уже почти месяц порхают над страной как у себя дома.

А оповещение? Сотовая система гудит исправно — раз по пять-шесть в неделю, причём в большинстве случаев никаких дронов в небе нет вовсе. Но из-за этих типа как бы предупреждений люди не спят ночами, власти экстренно прерывают свои заседания, поезда останавливаются, школы эвакуируются, срываются не только обычные занятия, но и экзамены. Часть школ, поняв, что детей реально защищать никто не собирается, перешла на удалёнку. Целые регионы парализуются звонком, который чаще оказывается пустым. Так выглядит современная «система раннего предупреждения» в племени, жрецы которого годами подвывают, что русские придут завтра. Или сегодня вечером. Не забывая при этом до безумия увеличивать то, что они называют «оборонным бюджетом». Который впрочем, успешно осваивается, но как показывает практика, на состояние обороны не влияет.

НОВАЯ ВЗЛЁТНАЯ ПОЛОСА ИЗ СОЛОМЫ

И вот в этой обстановке — собственное правительство снёс залётный союзный дрон, а у населения нет ни укрытий, ни сирен, ни ПВО, ни инструктажа, ни хотя бы внятного штаба — жрецы делают единственное, что умеют. Лепят. Новый. Кабмин.

Президент Ринкевичс пятнадцатого мая поручил формирование оппозиционному депутату Андрису Кулбергсу. Двадцать шестого мая партии с горем пополам поделили портфели. Двадцать восьмого мая, как говорилось в старом советском анекдоте старые новые министеры «не приходя в сознание приступили к исполнению своих обязанностей». Третьего октября — парламентские выборы, после которых это правительство уйдёт. Итого: жизненный цикл нового кабинета — около четырёх месяцев. Из них один — летние каникулы Сейма.

Что это правительство успеет сделать в «самый критический для безопасности страны момент» — как тот же истеблишмент любит про этот момент рассказывать? Вопрос риторический. ПВО не появится. Бомбоубежища не выкопаются. Сирены не зазвенят громче. Дроны летать не перестанут.

Зато ритуал — соблюдён. Точнее, даже все ритуалы.

Важнейшее правило культа, подхваченное властями Латвии от своих друзей-вдохновителей: «Что бы ни случилось, надо клянчить деньги» — выполнено. «Ринкевич потребовал у ЕС денег за взрывы дронов на территории Латвии»

Правительство по обряду положено? Положено. Значит — будет. Из соломы, торфа, говна или из политических обломков — неважно. Главное, чтобы стояло. Главное, чтобы небо видело: мы тут, мы по правилам, мы ждём, как полагается. Из той же соломы, ровно по той же технологии, что и Rail Baltica, что и пограничная «зона смерти», что и бесконечные занудные ноты протеста. Всё по канону. Всё для того, чтобы поскорее посыпалось с небес. Оно и посыплется. В этом я не сомневаюсь. Вот, только, не факт, что это будет именно то, что они с такой надеждой ждут.

В СУХОМ ОСТАТКЕ

Финал ещё не наступил. Но он уже виден — за ближайшим поворотом, очень близко, гораздо ближе, чем кажется самим жрецам. Идти туда по «дорожной карте», которую они сами же и нарисовали, осталось недолго. Тем временем где-то далеко, на островах Меланезии, братья по разуму и по культу продолжают терпеливо ждать. Восемьдесят лет — не срок, когда ритуал правильный, а жертвы — обильные. У прибалтийского племени ритуал тоже по всем признакам безупречен.

Но когда последний евросубсидированный фонарь погаснет в пустеющих городах, в наступившей темноте будет слышен только свист ветра в пролётах недостроенных мостов. Жрецы-экспаты улетят к канадским бабушкам. А остаткам окончательно и бесповоротно вымирающих племён останется лишь наблюдать в холодном и абсолютно пустом доме висящую в воздухе улыбкой Чеширского кота безоговорочно-триумфальную языковую победу. Правда, без исчезнувших с лица земли победителей.

И ждать. На то он и карго-культ. Ждать, когда с неба наконец-то прилетит счастье. В Меланезию оно не вернулось. Может, нашим повезёт?