Всего пару месяцев назад, в июне, Кабинет министров дал задание всем министерствам подготовить предложения о том, как дальше быть с государственными предприятиями, находящимися в их ведении, и следует ли их сохранять в полной или частичной собственности государства и впредь.

Дьявол скрывается в деталях, и в данном случае деталь — это срок, до которого реформа госпредприятий должна быть реализована. В качестве крайнего срока указано 30 сентября 2014 года — ровно один месяц до выборов в следующего Сейма.

Работа над реформой, которую смело можно ставить в один ряд с приватизацией и денационализацией, и которая многим даст возможность «заработать», началась очень резво. Был проведен анализ 251 предприятия и сделан вывод, что участие государства следует сохранить в 71 из них. Фактически, правительство запланировало отчуждение государственных долей 180 предприятий.

Одновременно было озвучено и несмелое предложение министра финансов, полученные средства использовать не только на уменьшение государственного долга, но и на какую-нибудь «хорошую идею», конечно, если такая появится, и если хоть что-нибудь от этих средств останется. Ведь как известно, отчуждение можно провести двумя способами — продать или приватизировать.

«Приватизировать за сертификаты» — мы уже забыли, как это было, а кто-то и вовсе не знает, что скрывается за этим словосочетанием. Свое первое победное шествие в Латвии приватизация пережила в 90-е и немедленно была переименована в «прихватизацию». Те, кто был тогда у власти, разрешили растащить все, что можно было. И, похоже, премьер-министр Валдис Домбровскис зарезервировал и для себя место в истории разбазаривания Латвии.

Первым с предложением о том, как распорядиться государственными долями предприятий, выступило Министерство экономики и его глава Даниэль Павлютс, ответственный за судьбу двух весьма прибыльных телекоммуникационных операторов — SIA Latvijas Mobilais telefons (LMT) и SIA Lattelecom. В каждом из них латвийскому государству принадлежит 51%, и по отношению к остальным участникам — шведскому концерну TeliaSonera — государство является держателем контрольного пакета. Годовые отчеты показывают, что оба участника рынка телекоммуникаций и электронной связи все эти годы работают с прибылью в сотни миллионов латов.

Тем не менее — то ли в силу проблем с управлением обоими предприятиями, или из-за взаимной конкуренции — перед отчуждением государственных долей был поднят вопрос об объединении LMT и Lattelecom.

Министр экономики до сих пор так и не смог дать ответ о том, какое количество долей после слияния LMT и Lattelecom останется у латвийского государства. Неясно, собирается ли правительство согласиться на сделку по слиянию в том случае, если в результате государство потеряет контрольный пакет (51%) в объединенном предприятии, и будет ли стоимость долей государства дороже, если оно станет миноритарным акционером.

Нет и ответа на вопрос, не приведет ли слияние к убыткам для LMT или Lattelecom. Ведь при таком объединении 1+1 не всегда равно 2, часто результат слияния иной — 1,5 или даже еще хуже. Абсолютно ясно, что объединять LMT и Lattelecom чтобы подарить контрольный пакет концерну TeliaSonera — это недальновидное подпиливание ножек у стула, на котором сам же и сидишь.

Латвийское законодательство предусматривает, что Кабинет министров принимает решение о том, доли каких предприятий можно приобрести за сертификаты, а каких — за реальные деньги.

Возможно, это совпадение, но согласно распоряжению Кабинета министров, при отчуждении принадлежащих государству долей, плата реальными деньгами предусматривается только в случае с LMT. Это условие не относится ни к Lattelecom, ни к возможному объединенному предприятию LMT/Lattelecom. За доли капитала последних можно будет расплатиться старыми, добрыми, незаслуженно забытыми сертификатами. Руководствуясь исторически установленными условиями использования сертификатов, это допускает и министр экономики.

Возникает логичный вопрос — не является ли план объединения LMT и Lattelecom второй частью приватизации? Или же это целенаправленная попытка что-то подарить шведской TeliaSonera?

Все эти факты свидетельствуют о необходимости внести в нормативные акты изменения, запрещающие использовать приватизационные сертификаты и «отоваривать» их, приобретая госдоли предприятий. Нельзя допустить повторения событий 90-х годов, когда путем продажи, перепродажи, хранения и вложения сертификатов, самое привлекательное государственное и муниципальное имущество исправно попадало в руки одних и тех же приближенных к власти людей, которые в нужное время оказывались в нужном месте.

Премьер Валдис Домбровскис должен взять личную ответственность и сдернуть покрывало секретности, наброшенное правительством на планы по отчуждению государственных долей капитала предприятий. Недопустимо, чтобы государственным имуществом распоряжались как своим, игнорируя интересы общества и способствуя коррупции.