---

Перед вами — спич-комментарий одессита Олега Озернова к донецкому репортажу Председателя LV. Очень личное и глубокое дополнение.
 

---

...Очень резок контраст твоих впечатлений о твоих дончанах с моими последними впечатлениями об одесситах.

В сентябре прошлого года, на замечательной встрече в Одессе с одноклассниками, любимыми моими людьми, трепетно всматривался в их родные лица, ловил каждое слово, жест, настроение, чтобы понять — чем, как живут, в чём едины, что их разъединяет, что держит на плаву, чем выживают в сегодняшнем бурном и грязном потоке майданных реалий.

В социальном плане подавляющее большинство из них — представители интеллигенции, т.н. среднего класса. Учителя, врачи, музыканты, предприниматели. Никто не жирует, никто не бедствует, о большинстве можно сказать — выживают.

Политиков, чиновников среди них нет. За одним столом среди остальных сидели — счастливая мать, которая назавтра должна была встречать с войны сына, солдата ВСУ, новая жена моего друга — дончанка из Авдеевки, сбежавшая с двумя ребятишками от обстрелов, бывший полицейский чин не из мелких, непосредственный участник кровавых майских событий, ещё несколько участников тех событий, прямых свидетелей бойни, оперировавший десятки раненых из зоны т.н. АТО.

Что общего в них читалось моим — совершенно пристрастным — взглядом?

Не стану распространяться о том хорошем, добром, искреннем, настоящем, что объединяет нас вот уже почти полвека, хотя оно и достойно пера. Мы все одного корня, одной земли, одной крови, одной Родины. Всё тут понятно.

Скажу о том, что печально понял в них, а ты сравни со своими впечатлениями о дончанах.

Два десятка образованных, жизненно сильных, талантливых, во всех отношениях нормальных людей... без будущего.

У всех безнадёга полная — от ясного понимания того, что при нынешнем положении страна катится в пропасть.

У некоторых — страх, подсознательный, легко читаемый, за детей, внуков, страх сказать лишнее, коснуться определённых тем.

Что обнадёжило — это общая надежда на перемены, и связана она с Россией, с тем, что она не позволит нацистам уничтожить страну.

В том, что нынешний режим — откровенно нацистский, не сомневается никто, даже патриотически настроенные товарищи, считающие У. «вельми незалежной». Есть парочка и таких, не «скакунов», но убежденцев.

Все мои дорогие — это не люди свободной страны. Это уставшие от «свободы» люди без будущего, понимающие в силу развитости своей, богатого жизненного опыта, всю глубину общей ямы, в которой находятся, имя которой — бандеровская У.

Больно мне это понимать. Особенно без возможности хоть чем-нибудь им помочь, подложить руки.

Обнадёживает известная одесская живучесть в них, замешанная на бесконечно настоящем одесском юморе, внутренней доброте и мудрой снисходительности коренных жителей интернационального, портового, вольного «по крови» города ко всему тупому, кугутскому, жлобскому. Жителей, в которых надежда не умирает даже в такие страшные времена, в которых погрязла У. сегодня.

Дай им Бог свершения их надежд, и мне в совпадении с ними.

Дай Бог дончанам выстоять, остаться свободными — и жить, как они решат сами.