Это – Джим, а это- Меган, мама Джима! Дама, очень милая и симпатичная без маски, уж поверьте мне, пожалуйста, на слово.
Меган очень выручила меня в первый мой рабочий день в
супермаркете. Надо ли говорить, что шел я работать в магазин, мягко говоря, со смешанными чувствами. В принципе, я никогда не гнушался любой, даже черновой работы, но это — в принципе. В магазин же я, семидесятипятилетний журналист с сорокалетним стажем шел, преодолевая, признаюсь, почти детскую застенчивость. Одно дело — зарабатывать садовником, когда, как советовал мне один из покойных друзей, можно легко сделать вид, что ухаживаешь за собственным садом. Другое – зрелому, состоявшемуся человеку, заниматься непрестижным , малооплачиваемы трудом — упаковкой покупок в супермаркете — на виду у всех. как на сцене. Это сейчас, на седьмом году работы, я здесь свой и мне все легко и привычно.

По системе Станиславского убедил себя, что здесь мало кто и что про меня знает и, что любой труд почетен, деньгами в том числе. Поэтому пришел на работу с таким видом, будто для меня это дело обычное. Поздоровался с дамами, а молодому коллеге по упаковке на другой линии, дружески улыбаясь, протянул руку. Ed, так значилось на бейдже, угрюмый плотно сбитый и наголо стриженый парень, еле кивнул головой. Свою руку, однако, демонстративно убрал. Не забудем, что происходило это в то время, когда короновирусом еще и не пахло. Сказать, что я был обескуражен и растерян – ничего не сказать. Оторопевший от неожиданности , застыл на месте, не понимая, чем я коллеге в первый же день не угодил и, как мне отреагировать.

Спасла меня симпатичная девушка в очках, стоявшая на кассе. Увидев меня в полном ступоре и, осознав состояние иностранца с плохим английским, столкнувшегося в первый же рабочий день с неблагожелательностью, вышла из-за кассы и с дружелюбной улыбкой протянула мне руку.

— Nice to meet you, Edward! I am Megan. We will work together!

Если откровенно, в эту минуту мне хотелось ее расцеловать или, по крайней мере, поцеловать руку. Миша Малчун, мой покойный лучший друг и дамский угодник, проработавший несколько лет среди польских пани, уверен, одобрил бы этот позыв. Но я предположил, что в Америке, среди явных и скрытых феминисток, вряд ли это будет политкорректно. Пришлось просто благодарно пожать моей спасительнице руку.

— Thanks Megan, you just got me on my feet!

— No problem, Edward! – понимающе улыбнулась она.

Но проблема появилась буквально через пятнадцать минут. Курица-грилль, которую я взял с ленты, чтобы вложить в пакет, выскользнула у меня из рук и упала на пол, развалившись на куски, наполнив пространство аппетитным ароматом. Сказался детский синдром отличника. Уж очень мне хотелось показать в первый же день, что работаю быстро и сноровисто. Перестарался. Ох, не зря же говорят: лиха беда начало!

Покраснев, беспомощно развел руками, потом полез за кошельком, чтобы расплатиться — то ли с магазином, то ли с покупательницей. Теперь-то я знаю, что непроданные за день скоропортящиеся кулинарные изделия просто выбрасываются, как и многие другие продукты, овощи и фрукты с истекающим или истекшим сроком реализации. А тогда не нашел другого выхода, как компенсировать ущерб.

И снова на выручку поспешила Меган.

— Its o’kay, Edward, — успокоила она меня. А потом, извинившись перед клиенткой за задержку, вышла из-за кассы и стала собирать, сбежавшую от меня грилль-курицу, в первый попавшийся пакет, чтобы выбросить в мусорник. А Эд, на этот раз, быстро сообразил и тут же принес покупательнице замену. Кстати сказать, потом я узнал, что он, помешанный на чистоте, никогда и ни с кем не здоровается за руку, в лучшем случае соприкасается кулаками. Замечательная привычка при эпидемии!

На все про все ушло не больше трех минут, менеджер даже не заметила моей оплошности.

В конце рабочего дня я преподнес Меган, любимую мной белую хризантему, которую приобрел в своем же магазине. Цветок она приняла, недоуменно улыбнувшись, видимо так и не осознав, что для меня означало ее внимание.

Полгода спустя, Меган перешла работать в близлежащую аптеку и появлялась в магазине от случая к случаю – за покупками. А еще через полгода я увидел ее с детской коляской. Наши дамы окружили и ее, с воодушевлением поздравляя с рождением сына. Рядом стояла ее … четырнадцатилетняя дочь. Так я понял, что она не такая уж и юная, как показалась в первый раз. И стало понятным, почему она угадала мое тогдашнее состояние и бросилась на помощь.

Мы долго не пересекались. То я уезжал на лето, то Меган приходила за покупками не в мою смену, то ковидный карантин. Но, вот на днях, встретив молодую женщину, державшую за руку вертлявого мальчишку, не поверил глазам! Меган сыном. С тем самым, кого я видел, казалось, позавчера в коляске.

Я, надо вам сказать, люблю детей, и они отвечают мне взаимностью, даже не знакомые. Улыбаются и вовсю демонстрируют радость от встречи глазами…

— May name is Edward? What’s your name?

Сынишка Меган застеснялся, как только я попытался завязать знакомство, уткнувшись в колени матери. Однако услышав просьбу мамы, выглянул и пошутил:

— Kitty! Meow… meow.. ( Котенок! Мяу. Мяу..)

— Please be serious and tell Edward your name.

— Jim!

— How old are you Jim?

— Four, four! – и с радостью показал четыре пальца!

Надо же, как быстро летит время, подумалось мне я в который раз. Выходит, уже седьмой год я с удовольствием зарабатываю в этом супермаркете. И не без участия мамы этого очаровательного шалуна, сделавшей мой первый рабочий день удачным!

Я все помню, Меган, спасибо!