ЛИТВА. ПОЛИТИКА
Вчера
Saulius Brazauskas
активный гражданин Литвы
ГОРДОСТЬ И СЧЁТ, КОТОРЫЙ НЕ ПОТЯНУЛИ
Вильнюс не станет на колени перед Пекином! Или нет?
-
Участники дискуссии:
1021 -
Последняя реплика:
1 час назад
Heinrich Smirnow,
Сергей Леонидов,
Владимир Иванов,
Юрий Васильевич Мартинович,
Ярослав Александрович Русаков,
Kęstutis Čeponis,
Михаил Яковлевич Кривицкий,
Роланд Руматов,
Saulius Brazauskas,
Рус Иван
Помню, как год назад Аста Скайсгирите, главный советник президента Литвы по внешней политике, с трибуны обещала: Вильнюс никогда не встанет на колени перед Пекином. Красиво звучало. По-геополитически. А сегодня та же нормализация отношений с Китаем вписана строкой в программу правительства, и на исполнение отведено ровно полгода. Полгода — на то, чтобы разгрести то, что сами же разрушили годами ТУПОВАТОЙ демонстративной принципиальности. Дальше — по порядку: как это случилось и во сколько обошлось.
В 2021 году, на пике борьбы со всем «коммунистическим», Литва демонстративно развернулась к Тайваню. Логика была простая: тайваньские инвестиции построят в республике производство чипов и полупроводников. По инициативе тогдашнего главы МИД Габриэлюса Ландсбергиса и с одобрения кабинета Ингриды Шимоните в Вильнюсе открыли представительство именно Тайваня — не Тайбэя, как это принято у остальных стран, ведущих дела с островом с оглядкой на Пекин. Разница в одном слове. Но именно она оказалась принципиальной.
Пекин расценил шаг как нарушение принципа «одного Китая» и понизил уровень дипотношений: посольство Китая в Литве переименовали в офис временного поверенного в делах. Вильнюс новый статус миссии признавать отказался и перестал выдавать аккредитации китайским дипломатам. Итог — больше года в стране нет ни одного профессионального сотрудника китайского МИД. Хороший обмен: дипломатов лишились, зато позу сохранили.
Дальше пошли издержки, о которых предупреждали заранее. Литовский бизнес получил закрытие рынка и логистические проблемы. Импортёры оценивают разрыв в закупочных ценах на китайские товары кратно не в пользу Литвы: то, что европейскому покупателю обходится в полтора евро, литовскому — в несколько раз дороже — до 6-8 евро практически по всей номенклатуре Made in China.
Формально это тоже принципиальность: литовский покупатель платит наценку за право сказать вслух, что его страна не кланяется. Недёшево стоит эта фраза. При этом Литва — единственная страна во всём Евросоюзе, которая пошла на такой конфликт с Пекином, и расхлёбывает его в гордом одиночестве. Остальная Европа торгует с Китаем как ни в чём не бывало и, подозреваю, даже не заметила литовского подвига.
Ставка на тайваньские инвестиции — ради которых, собственно, всё и затевалось, — себя не оправдала. За пять лет пришло 5,5 миллиона евро, по данным внешнеполитического ведомства — сумма, которая экономические и репутационные потери даже близко не покрывает. Я посчитал: это дешевле, чем один приличный саммит с делегацией, кофе-брейками и сувенирными ручками. Хорошая сделка: продали отношения с полуторамиллиардным рынком, получили сумму, которую местный муниципалитет тратит на ремонт одной улицы.
Пришлось разворачиваться на сто восемьдесят градусов. В январе 2025-го о восстановлении отношений заговорил тогдашний премьер Гинтаутас Палуцкас, в сентябре того же года следующий глава кабинета Инга Ругинене включила это направление в правительственную программу. Задачу нормализовать отношения с Пекином за полгода поставили министру иностранных дел Кястутису Будрису. При этом спор о названии тайваньской миссии так и не закрыт, а сама Аста Скайсгирите как гнула прежнюю линию, так и гнёт. На этом фоне отведённый срок больше похож на пожелание, чем на план — примерно как пообещать себе бросить курить с понедельника, не потушив предыдущую сигарету.
Опыт других стран, когда-то ссорившихся с Пекином, подсказывает: размораживание занимает годы, причём поводы там были заметно мельче литовского. Профессор Вильнюсского университета Томас Янелюнас формулирует это прямо: для коммунистического Китая тайваньский вопрос — красная линия, важнее любых споров с Канадой, Австралией, Норвегией или Южной Кореей. Доцент Вида Амбутавичене добавляет: для Пекина Тайвань — не только символ, но и стратегический выход в Тихий океан, отсюда и жёсткость реакции. Здесь бы поспорить, но факты уже всё сказали.
Формально у Вильнюса есть козырь: в 2027 году Литва председательствует в Совете ЕС, что должно добавить веса на переговорах. Но работает и обратная арифметика — чем сильнее литовская экономика зависит от китайского рынка, тем выше шанс, что кланяться придётся именно ей. В Вильнюсе тем не менее продолжают считать свою страну чуть ли не подарком, мимо которого Пекин рано или поздно не пройдёт.
Мой личный вывод простой. Гордость — вещь дорогая, и Литва оплатила счёт первой, наличными, без сдачи. Осталось дождаться, когда Пекин соизволит принять оплату и вернуть хоть какую-то сдачу — теми самыми полугодами, которых, подозреваю, у Будриса попросту нет. А пока в Вильнюсе гордо стоят на коленях перед калькулятором и делают вид, что это и есть дипломатическая победа.
В 2021 году, на пике борьбы со всем «коммунистическим», Литва демонстративно развернулась к Тайваню. Логика была простая: тайваньские инвестиции построят в республике производство чипов и полупроводников. По инициативе тогдашнего главы МИД Габриэлюса Ландсбергиса и с одобрения кабинета Ингриды Шимоните в Вильнюсе открыли представительство именно Тайваня — не Тайбэя, как это принято у остальных стран, ведущих дела с островом с оглядкой на Пекин. Разница в одном слове. Но именно она оказалась принципиальной.
Пекин расценил шаг как нарушение принципа «одного Китая» и понизил уровень дипотношений: посольство Китая в Литве переименовали в офис временного поверенного в делах. Вильнюс новый статус миссии признавать отказался и перестал выдавать аккредитации китайским дипломатам. Итог — больше года в стране нет ни одного профессионального сотрудника китайского МИД. Хороший обмен: дипломатов лишились, зато позу сохранили.
Дальше пошли издержки, о которых предупреждали заранее. Литовский бизнес получил закрытие рынка и логистические проблемы. Импортёры оценивают разрыв в закупочных ценах на китайские товары кратно не в пользу Литвы: то, что европейскому покупателю обходится в полтора евро, литовскому — в несколько раз дороже — до 6-8 евро практически по всей номенклатуре Made in China.
Формально это тоже принципиальность: литовский покупатель платит наценку за право сказать вслух, что его страна не кланяется. Недёшево стоит эта фраза. При этом Литва — единственная страна во всём Евросоюзе, которая пошла на такой конфликт с Пекином, и расхлёбывает его в гордом одиночестве. Остальная Европа торгует с Китаем как ни в чём не бывало и, подозреваю, даже не заметила литовского подвига.
Ставка на тайваньские инвестиции — ради которых, собственно, всё и затевалось, — себя не оправдала. За пять лет пришло 5,5 миллиона евро, по данным внешнеполитического ведомства — сумма, которая экономические и репутационные потери даже близко не покрывает. Я посчитал: это дешевле, чем один приличный саммит с делегацией, кофе-брейками и сувенирными ручками. Хорошая сделка: продали отношения с полуторамиллиардным рынком, получили сумму, которую местный муниципалитет тратит на ремонт одной улицы.
Пришлось разворачиваться на сто восемьдесят градусов. В январе 2025-го о восстановлении отношений заговорил тогдашний премьер Гинтаутас Палуцкас, в сентябре того же года следующий глава кабинета Инга Ругинене включила это направление в правительственную программу. Задачу нормализовать отношения с Пекином за полгода поставили министру иностранных дел Кястутису Будрису. При этом спор о названии тайваньской миссии так и не закрыт, а сама Аста Скайсгирите как гнула прежнюю линию, так и гнёт. На этом фоне отведённый срок больше похож на пожелание, чем на план — примерно как пообещать себе бросить курить с понедельника, не потушив предыдущую сигарету.
Опыт других стран, когда-то ссорившихся с Пекином, подсказывает: размораживание занимает годы, причём поводы там были заметно мельче литовского. Профессор Вильнюсского университета Томас Янелюнас формулирует это прямо: для коммунистического Китая тайваньский вопрос — красная линия, важнее любых споров с Канадой, Австралией, Норвегией или Южной Кореей. Доцент Вида Амбутавичене добавляет: для Пекина Тайвань — не только символ, но и стратегический выход в Тихий океан, отсюда и жёсткость реакции. Здесь бы поспорить, но факты уже всё сказали.
Формально у Вильнюса есть козырь: в 2027 году Литва председательствует в Совете ЕС, что должно добавить веса на переговорах. Но работает и обратная арифметика — чем сильнее литовская экономика зависит от китайского рынка, тем выше шанс, что кланяться придётся именно ей. В Вильнюсе тем не менее продолжают считать свою страну чуть ли не подарком, мимо которого Пекин рано или поздно не пройдёт.
Мой личный вывод простой. Гордость — вещь дорогая, и Литва оплатила счёт первой, наличными, без сдачи. Осталось дождаться, когда Пекин соизволит принять оплату и вернуть хоть какую-то сдачу — теми самыми полугодами, которых, подозреваю, у Будриса попросту нет. А пока в Вильнюсе гордо стоят на коленях перед калькулятором и делают вид, что это и есть дипломатическая победа.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Игорь Кузьмук
Латвийский политик, правозащитник
40 ЛИТОВЦЕВ АМЕРИКЕ В ПОМОЩЬ
Тюремная аналитика
Анастасия Кулик
КНР ПО-БАЛТИЙСКИ
TikTok-ролики вскрыли болевую точку Литвы
Ростислав Ищенко
политолог, дипломат, публицист
ИРАН НЕ ОТПУСКАЕТ США С ВОЙНЫ
Saulius Brazauskas
активный гражданин Литвы
ЖЕРТВЫ 13 ЯНВАРЯ В ВИЛЬНЮСЕ
Разоблачение фальсификаций