ГЕОПОЛИТИКА
23.06.2026
Михаил Елин
ЗА ФУТБОЛОМ И ИРАНОМ БОЛЬШОЙ ПЕРЕДЕЛ МИРА
-
Участники дискуссии:
48 -
Последняя реплика:
больше месяца назад
Наткнулся на YouTube на большой разговор с политологом Дмитрием Евстафьевым — и хочу поделиться с Клубом, потому что давно не слышал, чтобы текущий момент описывали так трезво. Мы привыкли спорить про отдельные новости — кто кого победил в Иране, кто выиграл в футболе, кто что подписал. А Евстафьев предлагает смотреть иначе: идёт большой геоэкономический передел мира, первый со времён двух мировых войн, и почти всё, что мелькает в лентах, — лишь его симптомы. С чем-то можно спорить, но рамка, по-моему, верная. Ниже — главное из его рассуждений.
Начали с футбола — с чемпионата мира в США — и быстро вышли на «спортивное отмывание». Евстафьев напоминает: чемпионат-2018 в России дал огромный всплеск симпатии к стране, и в этом смысле большие спортивные праздники власти всегда полезны. У американцев свои политические виды спорта — Супербол, где президент обязан присутствовать; европейский же футбол для них вторичен. Но главная его мысль жёстче: мягкая сила работает только на фундаменте жёсткой. «Силы мягкой не бывает», — говорит он. Африканские бегуны ставят рекорды, а остаются для Запада диковинкой — потому что за ними нет силы государства. За советским конкурсом Чайковского и фестивалем молодёжи стояла баллистическая ракета и «перекрытый Енисей» — потому их и помнят.
Дальше — Иран. Готовящийся меморандум США с Тегераном на 60 дней Евстафьев считает не сделкой Соединённых Штатов, а сделкой лично Трампа: по его данным, гуляют как минимум два несовпадающих текста, иранцы говорят про 12 миллиардов до переговоров и ещё 12 после, в западных версиях суммы не названы. Америка, по его оценке, за сорок дней израсходовала больше половины запаса высокоточного оружия, а после операции под Исфаханом тупик в регионе начал складываться уже не в её пользу — вот Трамп из войны и выскочил. Передышка временная: к осени, когда спадёт жара, в Заливе можно будет воевать снова.
И это, по Евстафьеву, символическая точка: кончается монополия США на «кассу», где выдают чеки за нефть. Раньше касса была одна, теперь их несколько — у Трампа, в Иране, в Омане, в Китае, возможно, в Индии. Это и есть тектонический передел финансового пространства. Историческая параллель у него такая: именно передел мира после Первой мировой когда-то создал условия для рождения современного Китая.
Отдельно — про Европу. Евстафьев видит не единый Запад, а три пересекающиеся коалиции: средиземноморскую связку Лондона, Парижа и Египта; «коалицию желающих» воевать с Россией, реальные решения в которой принимает евротройка Лондон — Париж — Берлин; и балканскую коалицию малых стран с Италией и Турцией. И везде — Британия. Как государство она в упадке, но «глобальный Лондон» он описывает как невидимую многорукую силу, которая стравливает и подыгрывает с нескольких рук сразу — ровно как перед Первой мировой стравливала Балканы. А скрепляет всю эту конструкцию один фокус — Украина: без неё, считает он, евроатлантическое единство давно бы поплыло.
Под конец — про азиатские объединения. АСЕАН для него — реальный рынок, где востребованы наши машины и продовольствие, и где Россия выигрывает уже тем, что «не лезет во внутренние дела». А вот к БРИКС и ШОС он холоден: клубы и аббревиатуры, банки есть, а крупных совместных проектов почти нет. Грубая, но запоминающаяся формула под занавес: полсотни наших тракторов или танков в нужном регионе переживут любые миротворческие соглашения, которые подпишет Трамп.
С чем-то я согласен, с чем-то не совсем. Но в чём я уверен — так это в том, что здесь есть хорошая тема для дискуссии на полях Клуба.
Начали с футбола — с чемпионата мира в США — и быстро вышли на «спортивное отмывание». Евстафьев напоминает: чемпионат-2018 в России дал огромный всплеск симпатии к стране, и в этом смысле большие спортивные праздники власти всегда полезны. У американцев свои политические виды спорта — Супербол, где президент обязан присутствовать; европейский же футбол для них вторичен. Но главная его мысль жёстче: мягкая сила работает только на фундаменте жёсткой. «Силы мягкой не бывает», — говорит он. Африканские бегуны ставят рекорды, а остаются для Запада диковинкой — потому что за ними нет силы государства. За советским конкурсом Чайковского и фестивалем молодёжи стояла баллистическая ракета и «перекрытый Енисей» — потому их и помнят.
Дальше — Иран. Готовящийся меморандум США с Тегераном на 60 дней Евстафьев считает не сделкой Соединённых Штатов, а сделкой лично Трампа: по его данным, гуляют как минимум два несовпадающих текста, иранцы говорят про 12 миллиардов до переговоров и ещё 12 после, в западных версиях суммы не названы. Америка, по его оценке, за сорок дней израсходовала больше половины запаса высокоточного оружия, а после операции под Исфаханом тупик в регионе начал складываться уже не в её пользу — вот Трамп из войны и выскочил. Передышка временная: к осени, когда спадёт жара, в Заливе можно будет воевать снова.
И это, по Евстафьеву, символическая точка: кончается монополия США на «кассу», где выдают чеки за нефть. Раньше касса была одна, теперь их несколько — у Трампа, в Иране, в Омане, в Китае, возможно, в Индии. Это и есть тектонический передел финансового пространства. Историческая параллель у него такая: именно передел мира после Первой мировой когда-то создал условия для рождения современного Китая.
Отдельно — про Европу. Евстафьев видит не единый Запад, а три пересекающиеся коалиции: средиземноморскую связку Лондона, Парижа и Египта; «коалицию желающих» воевать с Россией, реальные решения в которой принимает евротройка Лондон — Париж — Берлин; и балканскую коалицию малых стран с Италией и Турцией. И везде — Британия. Как государство она в упадке, но «глобальный Лондон» он описывает как невидимую многорукую силу, которая стравливает и подыгрывает с нескольких рук сразу — ровно как перед Первой мировой стравливала Балканы. А скрепляет всю эту конструкцию один фокус — Украина: без неё, считает он, евроатлантическое единство давно бы поплыло.
Под конец — про азиатские объединения. АСЕАН для него — реальный рынок, где востребованы наши машины и продовольствие, и где Россия выигрывает уже тем, что «не лезет во внутренние дела». А вот к БРИКС и ШОС он холоден: клубы и аббревиатуры, банки есть, а крупных совместных проектов почти нет. Грубая, но запоминающаяся формула под занавес: полсотни наших тракторов или танков в нужном регионе переживут любые миротворческие соглашения, которые подпишет Трамп.
С чем-то я согласен, с чем-то не совсем. Но в чём я уверен — так это в том, что здесь есть хорошая тема для дискуссии на полях Клуба.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Дмитрий Кириллович Кленский
писатель, журналист, общественный деятель
ИМПЕРСКАЯ СТРАТЕГИЯ США
Уничтожить Россию, Иран, Китай
Аналитика Ираниста
ОТ ОШИБКИ В РАСЧЕТАХ ДО ОШИБОЧНОГО КУРСА
В чем суть стратегии Ирана
Boris Bozhkov
СЕМИОТИЧЕСКАЯ ПРОПАСТЬ
Почему с Ираном не получится договориться
Ростислав Ищенко
политолог, дипломат, публицист