Продолжение. Начало — здесь


На самом деле разбивать по дням впечатления не вижу смысла, так как вы уже имеете представление о моей деятельности. Поэтому в дальнейшем буду просто отмечать то, что выбивается из общей суеты дней, а сами события не будут привязаны по времени.
 
Надо признать, что после расселения НОК жизнь вошла в ритм. Скажем, на девятый день в мои задачи входило привезти официальную делегацию к спортсменам, после чего я был свободен на два следующих дня. Сдав непальцев Леше с Катей, я посетил первое спортивное мероприятие — биатлон.
 
Вообще волонтеры могут посещать разные соревнования бесплатно, но всегда надо быть готовым к тому, что тебя могут не пустить куда-то. Никто толком не знал директив на этот счет, и поэтому по деревням ходили разные мнения. Кто-то мог посещать, кто-то не мог. В итоге я решил не доверяться слухам, а просто проверить самому. И первым на очереди, как я уже писал, стал биатлон.
 
К нему вела своя канатная дорога — прямо от дополнительной горной деревни. Зрители по ней не ездили почему-то, а приезжали с другой стороны. На месте оказалось, что на трибуну не пускают, однако на стоячие места, с которых тоже все было прекрасно видно — вполне пробраться. В пенсионеры мне еще рано, могу и постоять. Люди, вон, на лыжах, да с ружьями рассекают, а тебе делов-то — стой да любуйся.




 
Открытием для меня стали правила, действующие при проведении данных соревнований. Отключают канатную дорогу. Поэтому или смотри до конца — или топай пешком. Идти достаточно далеко, поэтому если уже собрался на биатлон — будь готов отстоять его до конца — это раз. И отстоять в очереди на выход — два. Пробка примерно на час времени, не меньше. Для меня это стало чувствительным, так как вечером мы договорились встретиться с одноклассником Максимом в Розе Хутор.
 
Так что как только Бьорндален всем показал, где раки зимуют, я попытался опередить очередь, но мне не очень-то это удалось. Зато в очереди нас развлекали музыканты. Организаторы подготовились к недовольной массе людей, которые будут торопиться уехать, и построили сцену рядом с фуникулером.

Все-таки пробившись до кабинки, везущей людей вниз, я понял, что хоть и опаздываю, но не сильно, поэтому через полчаса мы уже пили местный глинтвейн. Кстати, алкоголь на олимпийских объектах употреблять запрещено. Как и курить. Поэтому это был мой первый градусосодержащий напиток со времени приезда.
 
Мы пропустили четыре кружки, и Максим спросил, есть ли в этом чудном напитке алкоголь. Реально — ни в одном глазу. После чего мы имели счастье познакомиться с «Русским глинтвейном». Их ответ на наш упрек. Бармен специально подошел к нам пообщаться на тему глинтвейнов и заверил, что прошлый был строго по рецепту, но раз нам мало градусов, то у него есть его собственное изобретение. С добавлением водки. А чтобы убрать горечь — с добавлением вишневого сока. Оказалось вкусно. В общем, вечер пролетел замечательно. Всегда приятно поговорить с приятными людьми. Особенно когда разговоры обо всем и ни о чем.
 

...Приехав со встречи домой, я понял, что получил-таки свой долгожданный отдых, а особенно радовало, что следующий день я мог спокойно провести, решая бытовые вопросы. Никаких ЧП не случилось, что позволило мне зафиксировать прошлые приключения.


Волонтерская НОКовская комнатка отдыха.
 
Быт в деревнях волонтеров простой. Завтрак. Обедом не кормят. Его дают только на рабочих объектах. Ужин. Каждое воскресенье можно поменять постельное белье и полотенца. Квартиры снабжают бытовой химией, электрочайником. Действует прачечная. Есть медпункт.
 
Поскольку я из функции, которую заносит в разные места, то питаться я могу везде. В итоге стало понятно, что, к сожалению, именно в моей деревне № 7 «Морозко» — самая отвратительная еда. Настолько, что те, кто имеет возможность, едут питаться на другие объекты. И я в их числе. Ну просто не сравнить ни завтраки, ни ужины.
 

Волонтерству все возрасты покорны.

В свободное время удалось пообщаться с НОКовцами других стран. Оказалось, что у всех все очень по-разному. Кто-то волонтеров практически не использует. Сами забирают машину и сами везде ездят. Кто-то гоняет в хвост и в гриву. Из серии — заставляют одного человека всегда дежурить рядом в роли водителя и еще одного — в роли секретаря.
 
Понял, что у нас — золотая середина. Особо не наседают, но возить приходится много. Я, например, уже накатал за тысячу километров. Но это даже интересно. Они «туристят» — ну и ты заодно. У «шефа де мисьон» есть дополнительный пропуск-upgrade. Он позволяет любому человеку с аккредитацией попадать на любые соревнования, если это только не полуфиналы и финалы. Для этого даже ложа специальная создана. Однако эти пропуска все чаще используются для апгрейда знакомых, приехавших с делегацией.
 
Любопытный нюанс. Даже когда зал битком наполнен, именно эти ложи олимпийской семьи заполнены хорошо если наполовину. А чаще вообще на треть. Дело в том, что билеты в эту зону не продают, попасть туда можно только по специальному допуску. Из-за этого у кого-то может сложиться впечатление, что зал полупуст.


Очередь в кассы какая-то ненормально большая.
 
В общем, дни поделились на такое расписание. Двое суток — отдых, на третьи — возишь делегатов, ходишь вместе с ними на встречи или на какие-то соревнования. Если честно, не напряжно. Так получается, что работая, ты встречаешь больше интересного, чем отдыхая. Но раз на раз не приходится.


По вечерам в Олимпийском парке концерты, но публики собирается не очень много. Только те, кто не смог билеты достать.
 
В свободные дни стараешься оказаться поближе к интересным соревнованиям. Так, например, мне удалось сходить и поболеть за нашу сборную по хоккею. Вначале хотел даже билет купить, но за пять с половиной тысяч рублей... жаба задушила. Решил пойти наобум, вдруг что-нибудь да получится. Пришел, зашел внутрь стадиона. Но контролеры не пустили на трибуны. Непруха, подумал я. И то верно, ну не могут же все время пускать. Недавно на парные танцы со скрипом пустили — и стало понятно, что без билетов пробиться на трибуны не так просто.


 
И тут случилось очередное олимпийское везение — мимо проходил добрый мужчина и подарил мне билет. Иди, говорит, болей, волонтер! Захожу, вижу внизу свободные места прямо на первом ряду. Рядом с местами — какие-то люди латвийский флаг держат. Ну прямо-таки мне место стерегут, не иначе. Подсел. Оказалось — родители Гиргенсона. Они сидели чинно, поэтому «Латвия, уз приекшу!» кричал только я. Счет игры вы уже знаете, но что я могу сказать? Швейцарцы посильнее выглядели. Особенно в первом периоде. Ну и спортивная удача решила улыбнуться именно им.
 
Хоть и с горьким послевкусием, но я все равно был рад, что попал на матч. В принципе, на всех остальных соревнованиях я успел побывать, кроме санок и прыжков с трамплина. Как-то эти два места хоть и недалеко, но все время не по пути. А ведь в санках у нас сильные спортсмены, и две медали тому подтверждением. 
 
 
 
Продолжение следует