Понеслось! Памятник освободителям снова разыгрывают как разменную карту.

У меня ощущение, что все вернулись в 1997 год. Помню, я тогда, еще начинающий газетный репортер, в мае месяце 97-го приехал к этому памятнику сразу после прогремевшего взрыва. Помню, как сильно было подорвано основание главной стелы монумента. Но памятник устоял…

Тогда уничтожения монумента добивались очень радикализованные маргиналы — группа товарищей из «Перконкрустс». Один из них — Игорс Шишкинс, и спустя 16 лет, до сих пор вынашивает те же идеи. Тихонько сидит в своих Вецумниеки и вынашивает идеи, как бы в самой да в Риге что-нибудь да как-нибудь. Там ему и место. Он — никто в политическом процессе.

Однако спустя 16 лет место Шишкинса у Памятника освободителям занял министр юстиции Борданс. А он уже — фигура значимая, что ни говори. Представитель солидной парламентской партии, юрист. Он заявил, что такой памятник не может находиться рядом с Национальной библиотекой. Он говорит слова про символы. А мне вот опять вспомнилось...

В 1997 году после взрыва у монумента освободителям один из сотрудников полиции рассказал мне о том, что ухо одного из горе-взрывников «Перконкрустса» отлетело тогда от эпицентра взрыва на 200 метров. Сейчас, мне так кажется, над страной полетели уши Борданса. Всеслышащие уши и всевидящие очи. Он все видит, знает, как надо, и свято уверен, что советский бетон Памятника освободителям не может находиться в километре от латвийского бетона Национальной библиотеки.

Я вот подумал: кто-нибудь может представить в интернете сбор подписей за снос Памятника свободы? Чисто теоретически и тоже в рамках свободы слова и обмена идеями? Почему же тогда нельзя издеваться над святыми чувствами одних (для кого важен Памятник свободы), но устами главного правоведа страны — министра юстиции — можно так легко издеваться над чувствами тех, для кого важно наличие Памятника Освободителям в Риге? Кто может ответить над этот вопрос? Только давайте отвечать с точки зрения ныне действующих законов и Конституции, а не истериками о танках и моей личной ответственности за действия пьяных танкистов 70-летней давности.

Представляется, что самый страшный враг Латвии — глупость. На полном серьезе сейчас обсуждается вброшенная идея, можно ли латышские культурные ценности хранить в зданиях, построенных оккупантами. Так недолго дойти и до бульдозера в Старой Риге — ведь там, что ни здание, то наследие немецкого, шведского или русского оккупационного прошлого. И будет чисто поле. А над ним — висят всеслышащие уши министра юстиции. С всевидящими очами тоже, разумеется…