УГРОЗА КОРРУПЦИИ В ОБОРОННОМ СЕКТОРЕ ЭСТОНИИ :: IMHOclub

ЭСТОНИЯ

Сегодня

Дмитрий Кириллович Кленский

писатель, журналист, общественный деятель

УГРОЗА КОРРУПЦИИ В ОБОРОННОМ СЕКТОРЕ ЭСТОНИИ

Сколь верны эти обвинения?

Участники дискуссии:

0

0
Последняя реплика:

В тумане молчания и вранья доморощенных милитаристов возникает угроза национальной безопасности Эстонии. Сначала полагали, что 70 миллионов, а теперь уже более 150 миллионов евро эстонских налогоплательщиков (полагают, что сумма куда больше) были переведены Государственным Центром оборонных инвестиций (RKIK) на счёт сомнительной индийской компании Datasel без поставки ею товара заказчику.

Согласно размещенной на YouTube передачи «Keskhommik», это звучит, как заставка к криминальному роману, хотя действие происходило в эстонском оборонном секторе, который до сих пор большинство населения скорее считало надёжной институцией, гарантирующей национальную безопасность. Теперь же становится очевидным, что в этом секторе экономики отсутствует изучение бэкграунда партнёров по бизнесу, обычна неукомплектованность документации, а причастные к руководству люди не помнят, молчат, лгут. Предположительно речь идёт о политиках во власти, влиятельных деловых людях и топ-чиновниках Центра оборонных инвестиций (RКIK) и Минобороны.

Этот скандал произошёл в Эстонии при правительстве Партии реформ и премьер-министре Кристене Михале. Суть случившегося — все признаки мошенничества, что вызвало волну разоблачений других (в прошлом) безобразий, связанных с Партией реформ. Эта политическая сила с 1994 года уже почти четверть века несёт ответственность за положение в государстве, когда возглавляла большинство правительств в восстановившей независимость Эстонии за вычетом краткосрочного пребывания в оппозиции. Отсюда и призывы нынешней оппозиции провести досрочные выборы в Рийгикогу.

Дело имеет серьёзный отклик на международном уровне. Новость ERR сообщает, что Государственная прокуратура Эстонии решила не расширять следствие в рамках уголовного дела, открытого с целью контроля сделок, совершённых между центром RKIK и «полочной» индийской фирмой Datasel, поскольку расследование всего этого скандала передано Европейской прокуратуре. Речь идёт не только о подозрительном использовании средств, выделенных Эстонии Европейским союзом, но имеет и политическое значение для самого Союза, поскольку выделенные суммы предназначались для приобреения и поставок боеприпасов в воюющую с Россией Украину.

К слову, есть опасение, что этот скандал будет замят ради спасения репутации Эстонии и Европейского союза. Как это было сделано, например, когда четыре года назад в Балтийском море были взорваны оба газопровода «Северный поток».

Давно в обществе обсуждается и угроза коррупции в оборонном секторе Эстонии — но сколь верны эти обвинения, как вообще стал возможным последний скандал? Свой ответ на этот вопрос дала передача «Keskhommik», которую вёл общественно-политический деятель и руководитель коммуникационного бюро Powerhouse Янек Мягги. С ним беседовали два центриста: депутат Европарламента Яак Мадисон и депутат Рийгикогу, председатель парламентской спецкомиссии противодействия коррупции Анастасия Коваленко-Кылварт.

Ниже предлагается публикация их беседы, которую 9 сентября 2026 года распространил YouTube (смотреть с самого начала до временного отрезка 16:00). Но предлагаемый к рассмотрению разговор состоялся по итогам первого заседания специальной парламентской комиссии противодействию коррупции и за день до второго её заседания (10 сентября 2026), на которое были приглашены представители Комитета национальной обороны, и продолжилось обсуждение беспорядка в финансовом управлении эстонской «оборонки», который вскрыл Госконтроль (запись второго заседания Комиссии противодействия коррупции).

Поэтому я предлагаю сначала ознакомиться с кратким выводом председателя специальной комиссии Анастасии Коваленко-Кылварт, сделанным по итогам второго заседания этой комиссии: «Признано, что установленные процедуры закупок не были соблюдены, но до сих пор нет чёткого ответа на вопрос, почему были допущены отклонения и кто принимал соответствующие решения? Также не удалось задокументировать, как были выбраны конкретные партнеры по контракту и проводились ли, и какие, проверки их бэкграунда». По её словам, надо также разобраться в противоречивых описаниях принятия решений прежними руководителями Минобороны и Центра RКIК (ссылка).

«Keskhommik»: В оборонной сфере Эстонии царит тотальный хаос

Янек Мягги: Ну, я до сих пор не понял, исчезли ли какие-либо документы или нет, потому что в одном источнике говорится, что они исчезли, а в другом — что нет, и что электронные письма не доходят. И что на самом деле происходит с этими документами, Анастасия?

Анастасия Коваленко-Кыльварт: Речь идёт об оборонном контракте с Индией (с компанией Datasel — прим.), где упоминалась сумма в 70 миллионов. На самом деле, мы уже можем говорить о других цифрах, а именно о 150 миллионах (Имеются в виду евро — прим.).

Мы ещё не получили обнародованной информации, но сама индийская компания раскрыла фактический объём контрактов — 150 миллионов, из которых 70 миллионов уже переведены на счёт индийской компании. И нам ещё не сообщили, насколько большой встречный иск эта компания фактически подала против Эстонии. Если мы проиграем дело по встречному иску в Европейском арбитражном суде, то эстонским налогоплательщикам придётся заплатить из своего кармана не 70 миллионов, а 150 миллионов. И я абсолютно не исключаю, что эти суммы могут быть ещё крупнее, потому что, как мы знаем, есть и другие проблемные контракты.

Но Специальная комиссия по борьбе с коррупцией обсуждала эту ситуацию и новое заседание состоится в четверг (10 сентября 2026 года, а третье 14 сентября — прим.) вместе с парламентской Комиссией гособороны, где мы продолжим обсуждение проблем, потому что до сих пор совершенно непонятно, как возможно, как нам утверждают, что эта процедура закупок не была обычной, а потому не соблюдались все предусмотренные обычно процедуры? В то же время, различные документы были утеряны. Никто не может доказать, проводилась ли проверка бэкграунда поставщиков, или если проводилась, то как? Никто не может сказать, откуда взялась эта компания, с чего всё началось? Тем временем стало известно, что существовал ещё один посредник, но сомнительный, где, например, в 2024 году работало всего два сотрудника.

Но что меня особенно поразило и возмутило в ходе заседания, так это число противоречивых аргументов, которые нам приводили. В частности, предыдущее руководство RКIК (Государственного оборонного инвестиционного центра — прим.) утверждает, что все документы, все риски, все эти контракты координировались с руководством Министерства обороны. То есть, министр был в курсе, канцлер ведомства был в курсе. Затем Ханно Певкур приходит на наше заседание и говорит, что ничего подобного не было, что такие контракты на такои уровне не обсуждаются. Отсюда вопрос: кто нам лжёт? Ясно, что кто-то из них.

И как возможно, что нет следов, по которым можно выйти на то, были ли вообще такие подтверждающие объяснения документы, как происходило продвижение этих документов в Министерстве обороны, как происходил обмен информацией между данными двумя ведомствами, и всё это неожиданно утерялось? В любом случае, если это действительно так, мы видим здесь признаки двух преступлений. Во-первых, нарушены условия процедуры закупок, во-вторых, — уничтожение документов. Речь об экономическом преступлении.

Янек Мягги: Яак, такое случается только тогда, когда много денег, как в эстонском государстве?

Яак Мадисон: Я думаю, что это происходит не только тогда, когда много денег, просто этот случай более масштабный и, безусловно, требует большего внимания. В эстонском государстве постоянно возникали проблемы и с меньшими суммами, от закупок медицинских товаров до размораживания холодильных складов, где три миллиона евро улетели на ветер (речь о закупках во время, пандемии — прим.) и никто не начал расследование с (не)соблюдением процедур поставок. Никто не взял на себя хоть какой-то ответственности.

Но нынешняя ситуация кому-то всё ещё кажется невообразимой, поскольку правящая партия (Партия реформ — прим.) всегда приукрашивала представление о себе, как самой первой в поддержке Украины, обороноспособности и безопасности, и это при том, что она известна налогами на автомобили, повышением НДС, экономическими трудностями или уничтожением энергетики. Если отбросить всё сказанное, то реформисты считают себя партией-экспертом в вопросах обороны страны. Это всегда был тот туман, которым пытаются оправдать все прочие, в том числе рукотворные, беды, которые постигли нашу страну, с которыми непосредственно сталкиваются избиратели.

Сегодня вся эта мимикрия порушена. На самом деле, эти трещины политической косметики появились давно, но чтобы отвлечь от этого внимание, реформисты всегда пытались ещё и атаковать Центристскую партию или другие партии с помощью политических технологий и пропаганды, утверждая, что все соперники реформистов — «пророссийские» или «прокремлёвские», а сами они — самые «проэстонские» и единственные, кто вносит вклад в обеспечение безопасности Эстонии.

Скандал скандалом, но факт таков, как сказала Анастасия, что объёмы ущерба уже резко возросли по сравнению с первоначальными цифрами, нет контрактов, никто не знает, кто был хоть в чём-то осведомлён, как устанавливали контакты для подписания контрактов на покупку боеприпасов для отправки их в Украину.

Если мы всего этого не знаем, то вопрос сводится к одному: разве кто-то из нас не лжёт? Но видно: кто-то определённо лжёт, но важно то, по какой причине? Есть два варианта: либо кто-то просто по глупости заключил контракты с индийскими подставными компаниями и тем самым бессознательно дал пропасть деньгам из-за своей духовной ограниченности или это — схема перевода/увода средств. Так что, кто-то крупно поживился, но в обоих случаях дело это — уголовное. В этом нет никаких сомнений. Но, если посмотреть на вышесказанное, то в свете истории Партии реформ и её подноготной сказанное можно связать с такой дефиницей: где вращаются огроменные деньги, там много и заинтересованных лиц.

Лично я думаю, что произошедшее не является чем-то неслыханным, хотя я разговаривал с людьми, которые утверждают, что сегодня такое уже невозможно. Тогда я спрашиваю: разве живущие сегодня люди отличаются по своей природе чем-то от тех, кем они были, не знаю, ну, сто лет назад? И сегодня многие люди по-прежнему — воры, подлецы, негодяи и вруны по своей природе. Если они оказываются ещё и во власти, то при появлении денег…

Янек Мягги: … Это было довольно смелое заявление с твоей стороны. Но это отчасти правда, потому что иначе у нас не было бы тюрем. Хотя в Эстонии ситуация такова, что все они чуть ли не пустуют, так что у нас всё наоборот…

Яак Мадисон: … если они пустуют, то заполняем их за счёт людских отбросов из Швеции (Речь о Тартуской тюрьме, куда согласно межгосударственной договорённости начали прибывать осуждённые в Швеции преступники — прим.).

Но происшедшее с потерей крупной суммы денег — чрезвычайно и вызывает серьёзную обеспокоенность, потому что главным аргументом в пользу имиджа Эстонии, как стабильного торгового партнёра на международной арене всегда были надёжность, верховенство права, чёткая налоговая система, уверенность иностранных инвесторов в том, что мы не украдём их деньги, гарантируем им всестороннюю правовую защиту и создаём возможности для развития. При этом мы убеждаем эстонский народ оставаться уверенным в том, что мы — развитая, нормальная страна.

Но если мы вспомним случаи последних 15 лет, которые связаны с Партией реформ, начиная с того факта, как через Danske Bank, а министром финансов тогда был Юрген Лиги (Член Партии реформ — прим.), который также был председателем Совета финансовой инспекции, ничего не знал, так вот через этот банк миллиардами долларов отмывали российские «чёрные деньги». Никто не знал, хотя у кого-то видать, на пальцах остался запах от больших денег.

Затем у нас был премьер-министр (бывший, Кая Каллас — прим.), чей муж во время войны (имеется в виду вооружённое столкновение Украины с «восточным соседом» — прим.) ведёт бизнес в России, и жена, неизвестно из какого источника, одолжила мужу более 400 тысяч евро на инвестиционные цели, то есть, для получения прибыли компании, принадлежащей мужу главы правительства, причём занимающаяся с 2023 года транзитными перевозками в российском торговом секторе. Одновременно этот же глава правительства утверждает, что не следует вести бизнес в России, что морально правильно, так как не следует вести бизнес со страной, которая воюет со своим соседом и развязывает крупнейшую войну в Европе.

Так вот, в этом же ряду и происшедшие в наше время, первые крупные оборонные закупки, которые мы все сейчас обсуждаем, в том числе и контракты, которые были подписаны с индийскими «полочными» фирмами в 2024 году.

Так что всё подобное происходит уже 15 лет. И теперь, когда кто-то за рубежом следит за СМИ, начинает думать, а стоит ли инвестировать в Эстонию, если с ней ассоциируется отталкивающее — никто не знает, куда деваются документы, кто украл деньги или кражи и не было вовсе? Так какая у нас на самом деле репутация? Увы, мы — классическое постсоветское, крохотное государство, где у власти клептоманы, говорят одно, а делают другое, чтобы остаться у власти любой ценой. Всё!

Янек Мягги: Я всегда считал, что предприниматели имеют право предлагать свои услуги. И это, как бы, вопрос государства: у кого именно оно покупает услугу, каковы условия сделок? Анастасия, как возможно, что эстонское государство, у которого очень тщательно проработанная система закупок, двойной контроль, у нас даже есть борющаяся с коррупцией специальная комиссия в Рийгикогу, как так получается, что мы не можем распространить этот порядок в сектор экономики, который остаётся одним из важнейших?

Анастасия Коваленко-Кылварт: Говоря о закупках, мне вспомнился ещё один случай, который многие до сих пор помнят со времён пандемии коронавируса, когда министр образования от Партии реформ заказал экспресс-тесты для школ. Эта закупка была проведена таким образом. Он позвонил знакомому и сказал: «Слушай, вот шесть миллионов», или сколько там было, сможешь осуществить поставку?» Тот сказал: «Да, хорошо». И в итоге, мало того, что были нарушены все правила процедуры, выяснилось также, что тесты оказались негодными для применения.

И именно по поводу этих закупок я спросила у Ханнеса Певкура на заседании нашей специальной комиссии: обсуждает ли правительство подобные моменты, связанные с серьёзными проблемами, ну, например, когда деньги уплачены, причём миллионы и миллионы, а товар не поступает и получается, что в игре оказываются риски налогоплательщиков Эстонии? Ханно Певкур ответил, что в правительстве так не принято, чтобы обсуждать неудачные закупки. На это я спросила, сколько же миллионов должно пропасть, чтобы правительство это обсудило? Снова последовал «круглый» ответ, то есть, такое в кабинете министров не приоритетно.

И что мы ещё видим — обманывали и парламент. А ведь и Госконтроль указал в своём рапорте, что Рийгикогу фактически обманули, когда относительно рассматриваемых договоров было заявлено, что соответствующие обязательства существовали в нашем бюджете, в котором были учтены и риски сделок. И это очень большая проблема, когда парламентский контроль становится неполноценным из-за утаивания документов или сознательного обмана.

Другой интересный момент: мол, министр обороны не читал контракт, как и канцлер... зато все журналисты его читали. Так что же у нас происходит?!

И еще одно. Все люди, которые ранее были вовлечены в управление всем этим процессом, полностью исчезли из госслужбы. Например, бывший канцлер Минобороны, бывшие руководители RKIK, другие лица, занимающие важные должности. Все они перешли в частный сектор. И это — отдельная тема.

Как видим, переход начинается тогда, когда возникают проблемы. И все молчат, хотя ещё недавно раздавали интервью, что говорится, направо и налево. Сегодня есть и отказы и неявки на созываемые мною заседания специальной парламентской комиссии противодействия коррупции. Внезапно всех причастных к данному делу, отправляют в командировки и все оказались за границей…

Причём один момент, который мне совершенно непонятен, но в то же время и понятен. В этом деле нет ни одного документа, согласно которому, как мы выявили, в игре были чьи-то интересы. Нам говорили, что нет ни одного документального доказательства того, что были проведены проверки бэкграунда компаний, упомянутых в контрактах. Я погуглила и потребовалось две минуты, чтобы найти информацию об этой компании, найти людей и влиятельную семью в Индии, которые с ней связаны. Оказалось, что совсем недавно, еще в 2024 году, они все были повязаны друг с другом и участвовали в очень крупной схеме отмывания денег.

У меня вопрос: ну, хорошо, вы не связывались с КаПо, с Разведуправлением Министерства обороны, как это принято, но вы просто не посмотрели в интернете, с какой семьёй вы имеете дело, с кем осуществляете сделку? А сегодня одна чешская компания заявила, что они (индийская компания — прим.) — мошенники, а потому предупредили своё правительство. Так, как получилось, что мы ТАК подписываем контракты?

Да, наконец, Ханнес Певкур ещё сказал на нашей встрече, что он обратился к Генеральному прокурору, который также участвовал в заседании нашей комиссии, с мыслью о том, что возможно, нам следует обратиться в страну, где зарегистрирована эта компания, чтобы там было возбуждено уголовное дело. И мы обсуждали, что данное скандальное действо подпадает под статью, имеющую признаки мошенничества.

Но что крайне важно: своим объяснением происшедшего министр обороны сам признал, что эстонское государство заключило контракт с мошенниками, стало их жертвой.

Янек Мягги: Ну, конечно, винить в этом можно только государство, потому что закупкам присуще соблюдение всех соответствующих условий, а также то, имеет ли фирма в достатке товара для обеспечения заказа?Надеюсь, вы проясните ситуацию и найдёте эти деньги, потому что в Эстонии до сих пор существует такая проблема, когда деньги просто исчезают.

Мое послесловие

Во-первых. Серьёзность скандала очевидна уже в резких комментариях участника заседаний специальной комиссии, депутата Рийгикогу, председателя EKRE Мартина Хельме: «А теперь вы утверждаете, что присутствовали на заседаниях и никаких проблем не поднималось. Вы все абсолютно некомпетентны или все лжёте нам?», «Вы притворяетесь дураком, когда говорите, что контракты годичной давности — это не те, которые сейчас сорвались, а те, которые были обнаружены?», «У вас есть контракты, которые не работают, у вас есть отчёт Госконтроля, в котором говорится о бардаке, а вы идёте в комнату, где обсуждаете закупки и контракты, и специально избегаете обсуждений, которые муссирует вся Эстония. Что вы там делаете, за что вы получаете зарплату?»

Во-вторых. Ситуация вокруг этого случая кажется настолько серьёзной, что некоторые, как, например, Яак Мадисон, неслучайно вспомнил происшедший в своё время скандал с Danske Bank. Через эстонское отделение этого банка были отмыты миллиарды долларов. В декабре 2022 года Danske Bank признал себя виновным в США и Дании и согласился выплатить 2 миллиарда долларов в виде штрафов и конфискаций за мошенничество в отношении американских банков и предоставление доступа к западной финансовой системе клиентам высокого риска (включая клиентов из России) [1, 2]. Во время расследования скандала Эстонию потрясла смерть бывшего генерального директора этого банка. Айвар Рехе, возглавлявший его эстонское отделение с 2007 по 2015 год (когда произошло крупнейшее отмывание денег), пропал без вести в сентябре 2019 года. Его нашли мёртвым в своём саду. Полиция признала это самоубийством, но есть сомнения.

В третьих. Согласно традиции во вновь обретшей независимость Эстонии правящая либерально-глобалистская политическая элита и обслуживающие её мейнстримные СМИ, каждый раз, когда они со своей политикой и действиями очередной раз наступают на грабли, в наших СМИ немедленно ужесточается критика России, впрочем, часто на откровенно сомнительных основаниях. Разумеется, усиливается и русофобия, направленная против местных русских. Так получилось и на этот раз.

Считаю достаточным упомянуть заголовки статей ERR, опубликованных всего за один сентябрьский день:
«Херем: через год Россия может применить против нас в X объёме военную силу»,
«Всевиов: необходимо предпринять шаги, которые необратимо повлияют на Россию»,
«Эркки Тори: Россия решила нарастить темпы и Эстония должна быть в готовности»,
«Швеция сообщает, что армия троллей Кремля может взять на прицел выборы в европейских странах»,
«Союзники по НАТО сорвали учёбу российского флота по уничтожению подводных кабелей»,
«Медиа Германии: За нападением дрона в Лейпциге стоит военная разведка России»,
«Херем: при закупках оружия порой приходится идти на риски, бездействие — худший выбор»...

И такая чушь или полуправда — изо дня в день. Нельзя также не отметить, что наши СМИ имеют привычку раздувать из мухи слона, создавать «дымовые завесы», чтобы отвлечь внимание от неприятного или неприемлемого для правительства инцидента, минимизировать или даже скрыть скандал от общественности. Это относится и к последним дням, когда придворная массмедиа перебарщивает с третьестепенной важности информацией для лент новостей.