Размышления
13.03.2026
Арег Варданян
Генеральный директор digital-агентства WebSiberia
ТОЧКА ОПОРЫ В ХАОСЕ
Которую невозможно отнять или «отменить»
-
Участники дискуссии:
521 -
Последняя реплика:
больше месяца назад
Двадцатый век стал временем самой масштабной и трагической попытки построить мир на полном отрицании Бога. Самоуверенность тех лет строилась на иллюзии, что атеизм и вера во всемогущую науку способны заменить собой всё. Итог оказался страшен: столетие превратилось в серию грандиозных катастроф, где личность была окончательно обесценена. Оказалось, что разум, лишённый высшего ориентира, не только не созидает рай, но и с пугающей лёгкостью превращает человека в безликий ресурс для глобальных и крайне жестоких опытов.
На смену той эпохе пришли десятилетия подчёркнуто лёгкого, почти невесомого бытия. Долгое время навязывалась мысль, что истинная цель — это безграничное потребление, комфорт и тотальная терпимость ко всему на свете. Этот путь «стерильной свободы» и примитивного гедонизма в итоге не принёс счастья, а лишь создал серьезный духовный вакуум. Жизнь только ради сиюминутных удовольствий лишила человека субъектности, превратив его в объект для манипуляций алгоритмов и бесконечного цифрового шума.
Наблюдая за происходящим сегодня — и здесь я опираюсь в том числе на свои личные размышления, как представитель того самого поколения зумеров, — я вижу, что этот разворот к традиции продиктован не только усталостью от фальши. Мы живём в состоянии предельной, жёсткой нестабильности. Сейчас совершенно неясно, кто за кого и против кого. Прежние союзы оказываются ненадёжными, новые войны вспыхивают одна за другой, окончательно разрушая иллюзию безопасности.
В этом мире, где всё зыбко, где правила меняются на ходу, а верность стала дефицитным товаром, молодые люди инстинктивно ищут точку опоры, которую невозможно отнять или «отменить». Когда светские идеи о прогрессе без границ окончательно прогнили, именно вера в Бога оказывается тем единственным фундаментом, который позволяет снова почувствовать себя личностью, а не случайным набором атомов, брошенным в хаос. Только так человек обретает настоящую цель, которая больше него самого и выше любых сиюминутных конфликтов.
Наигрались в пустоту. Возвращаемся к великому.
На смену той эпохе пришли десятилетия подчёркнуто лёгкого, почти невесомого бытия. Долгое время навязывалась мысль, что истинная цель — это безграничное потребление, комфорт и тотальная терпимость ко всему на свете. Этот путь «стерильной свободы» и примитивного гедонизма в итоге не принёс счастья, а лишь создал серьезный духовный вакуум. Жизнь только ради сиюминутных удовольствий лишила человека субъектности, превратив его в объект для манипуляций алгоритмов и бесконечного цифрового шума.
Наблюдая за происходящим сегодня — и здесь я опираюсь в том числе на свои личные размышления, как представитель того самого поколения зумеров, — я вижу, что этот разворот к традиции продиктован не только усталостью от фальши. Мы живём в состоянии предельной, жёсткой нестабильности. Сейчас совершенно неясно, кто за кого и против кого. Прежние союзы оказываются ненадёжными, новые войны вспыхивают одна за другой, окончательно разрушая иллюзию безопасности.
В этом мире, где всё зыбко, где правила меняются на ходу, а верность стала дефицитным товаром, молодые люди инстинктивно ищут точку опоры, которую невозможно отнять или «отменить». Когда светские идеи о прогрессе без границ окончательно прогнили, именно вера в Бога оказывается тем единственным фундаментом, который позволяет снова почувствовать себя личностью, а не случайным набором атомов, брошенным в хаос. Только так человек обретает настоящую цель, которая больше него самого и выше любых сиюминутных конфликтов.
Наигрались в пустоту. Возвращаемся к великому.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Ростислав Ищенко
политолог, дипломат, публицист
МИГРАЦИЯ И СТАРЕНИЕ ОБЩЕСТВА
Размышления
Мария Иванова
Могу и на скаку остановить, и если надо в избу войти.
КАК ЗАРОЖДАЕТСЯ НАЦИЗМ
Эксперимент «Третья волна»
Мария Иванова
Могу и на скаку остановить, и если надо в избу войти.
ЖЁСТКИЙ ШКОЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ
Об этичности которого продолжают спорить
Надежда Руми