ИСТОРИИ РИЖАН
06.06.2021
![Борис Мельников](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/img_4947_1519370125.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Борис Мельников
Свет мой, зеркальце, скажи . . .
беллетристика
![Свет мой, зеркальце, скажи . . .](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/material-big/image/matpics/20210602_Riga_Collage.jpg)
-
Участники дискуссии:
-
Последняя реплика:
Леонид Соколов,
Марк Козыренко,
Marija Iltiņa,
Александр Соколов,
Константин Рудаков,
Леонид Радченко,
Анатолий Первый,
Vladimir Kirsh,
Савва Парафин,
Марина Зимина,
Борис Мельников,
Александр Гильман,
Roman Romanovs,
Константин Васильев
Как-то раз, два приятеля — Гунча и Вован, сидели на скамейке возле детской песочницы, недалеко от перекрёстка Маза Кална и Маскавас. Светило солнышко, чирикали воробьи, стрекотали сверчки. Уличный чёрный кот лежал на траве метрах в пяти напротив, зевал и искоса поглядывал по сторонам одним глазом.
Разговор прыгал с одной темы на другую. Сначала друзья в споре пытались выяснить — какова вероятность того, что лифт в 7-этажном доме находится на первом этаже? Вован пытался доказать, что вероятность этого события — 1/2 , так как лифт находится либо на первом этаже, либо на любом другом. Гунча утверждал — вероятность равна 1/7 — по количеству этажей. Затем спор плавно перепрыгнул с теории вероятностей на тему случайностей, совпадений и предсказаний. Гунча оседал любимого конька и трещал без умолку. Сам он страшно гордился тем, что его прабабка была ведуньей и считалась самой известной ведьмой Видземе. Гунча также всерьёз воспринимал полнолуние, чёрных кошек, пятницу 13-го и был набит всякими суевериями — верил в совпадения, счастливые числа и особенно в приметы. Вован, напротив, верил только в то, что можно было увидеть, потрогать руками или попробовать на зуб, поэтому снисходительно слушал, и изредко вставлял в монолог приятеля свои пять копеек.
Внезапно перед друзьями нарисовалась старуха цыганка в цветном платке и длинной чёрной юбке, вся увешанная бусами, браслетами и прочими побрякушками.
- Мальчики. Не хотите судьбу испытать? Всю правду скажу — что было, что будет, про удачу про невзгоды, — предложила она и сверкнула золотым зубом. — По два еврика с носа.
- Не верю . . . Я сам ещё не знаю куда пойду — налево или направо. Как это можно предсказать? — скептически произнёс Вован.
Старуха посмотрела на него как Шапокляк на Чебурашку и ответила.
- Представь. Едешь ты на поезде и смотришь в окно. Видишь только то, что перед тобой. То, что проехал — ты уже не видишь, то что будет впереди — ты ещё не видишь . . . Но оно есть.
Вован критически хмыкнул.
- А давай погадай. За еврик, — Гунча протянул гадалке монету.
- Давай ладонь касатик. Век благодарить будешь.
Старуха берёт еврос, пробует на зуб и садится рядом, затем берёт Гунчину ладонь, прикрывает веки, начинает слегка раскачиваться и чуть слышно что-то бормотать. Гунча хотел было сказать — мол ничего непонятно, но цыганка жестом заткнула ему рот. Через несколько секунд стала говорить тихим вкрадчивым голосом.
- Ждёт тебя извилистая дорога . . . Налево пойдёшь — коня потеряешь, КХЕ, КХЕ, КХЕ — старуха закашлялась.
- Прямо пойдешь — себя позабудешь. Направо пойдешь — от беды ускользнёшь.
В руке у цыганки внезапно появилась колода карт.
- Смотри, — она вытащила из колоды две карты и по очереди открыла пиковую шестёрку и бубновую даму.
- Опасность . . . Держись подальше от блондинки Карины, — старуха нахмурилась и снова ухватилась за Гунчину ладонь.
- Ждут тебя неприятности под землёй и на железной дороге, — продолжила она, затем помолчала и усмехнулась.
- Ваше войско будет разбито. Будешь искать ты железную птицу . . .
- А хорошее что-нибудь будет? — недовольно перебил её Гунча.
- Не мешай, — поморщилась старуха, затем провела узловатым пальцем по его ладони и прошамкала.
- Всё как в тумане . . . Ага, вот. Есть и фартовая линия. Ушастый приведёт тебя к . . . — старуха замолчала, затем приоткрыла один глаз и с интересом посмотрела на Гунчу.
- Парень, у тебя есть шанс. Ждёт тебя большая Зелёная Удача, — цыганка вытерла лоб платком, снова прикрыла веки и после паузы произнесла.
- Если до полуночи ты не встретишь человека с Большими Ушами — твоя удача превратится в тыкву.
Старуха тяжело выдохнула, отпустила ладонь и несколько секунд сидела молча, затем негромко произнесла. — Плохо вижу уже, пора на пенсию . . . Всё, сеанс окончен.
- Что значит зелёная удача? Принцесса-лягушка? А Ушастый? Это кто? Не, так не пойдёт, давайте конкретнее — явки, пароли, адреса, — недовольно забухтел Гунча.
- Поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Только Красной Шапочки не хватает. Сказки детские, — усмехнулся Вован.
- Молодые люди, вы думаете я бегущую строку читаю? Передо мной образы, символы. И вообще, чего вы хотели за еврик? — раздражённо ответила старуха, встала, обернула вокруг плеч цветастый платок и побрела прочь.
- Так когда удача будет? Завтра? Через год? В следующей жизни? — вслед цыганке крикнул Гунча.
- После дождичка в четверг, — не оборачиваясь, обиженно ответила гадалка.
Почти сразу к друзьям подошёл мутный парнишка с бегающими глазами. Озираясь вокруг, парень негромко предложил.
- Ребята, дунуть не хотите? Баш, шмаль, петрушка? Любой каприз за ваши деньги.
- Не надо, — резко ответил Гунча. Мутный исчез, но недалече нарисовались три типа в широких штанах с наколками на руках. Лица этих кабальеро не были отягощены интеллектом.
- Гунча, надо валить отсюда. Здесь торговля идёт, а мы мешаем. Дилеры возбудились, — произнес Вован.
- Валим, — ответил Гунча. Приятели запрыгнули в подошедший седьмой трамвай и поехали в центр.
Едут никого не трогают, позади сидят две бабули и чешут языками.
- Мне внучка сказала, что под библиотекой в Пардаугаве военная база американских подводных лодок.
- Какая база? Ты что? Там на крыше антенна для контакта с НЛО. Это центр связи.
- Точно я тебе говорю. Военные там сидят, целый этаж занимают. Только это не американцы, а евреи.
Бабки перешли на шёпот, дальше были слышны только отдельные слова и обрывки фраз.
- Масоны. Они везде . . . Путин . . . подземный ход под Даугавой . . . бункер . . . придёт, порядок наведёт . . . секретный кабель . . .
Вована с Гунчей пробило на смех, сидят слушают и ржут. Досмеялись, что не заметили контролеров. Короче, обоих, под неодобрительные взгляды бабушек, с позором высадили возле автовокзала.
Друзья спустились в подземный переход, а там музыкант собрал толпу зевак. В переходе гулко звучал главный шлягер всех времён и народов. Совсем молодой парнишка отчаянно голосил и обалденно зажигал на большой гармошке. Возможно гармонист слегка накатил. Но это не точно. В воздухе витала экспрессия. Зрители завелись, кто подпевал, кто подхлопывал, кто подпрыгивал. Толпа подхватили припев.
- Kur mana lidmašina?(Где мой самолёт?)
- Kur mana lidmašina?
Гунча включился стал подпевать, Вовану тоже понравилось, постояли послушали минут пять. Кинули музыканту монету и пошли дальше. Выбрались к цирку. На углу Меркеля и Барона столпотворение — горожане вышли на вечерний моцион. У пешеходного перехода визжала и стонала скрипка. Приятели засмотрелись на скрипачку и чуть под машину не попали. Водила тормознул, обложил Гунчу трёхэтажным матом и газанул дальше.
К семи часам друзья приземлились на скамейку напротив эстрады в Верманском парке.
С наступлением лета природа всегда становится добрее, намёки и майки — прозрачнее, воздух и девушки — мягче. Кругом играли дети, музыка и солнечные зайчики. Народ группировался по интересам, в разных концах парка кучковались: картёжники и мамочки с детьми, кришнаиты и ЛГБТ-шники, бомжи и шахматисты, влюблённые парочки и хипстеры.
Рядом с Гунчей нарисовался мужичонка небольшого роста и неприметной наружности: блестящая лысина, очки на носу, шахматная доска под мышкой. Был он безобиден как плюшевый заяц и прост как кегля. Дяденька посмотрел на друзей добрым взглядом и предложил сгонять партейку по пятьдесят копеек.
Гунча согласился, так как считал себя бывалым шахматистом(в первом классе ходил в шахматный кружок). Начали играть: Гунча выиграл фигуру, давит, победа почти в кармане. Вдруг, хлоп — коня продул, затем ферзя и сразу всю партию. Мужик Гунчу нахваливает, говорит, парень — хорошо играешь, просто тебе не фартануло. Предложил ещё партейку, по еврику. Начали играть: опять Гунча давит, пешка проходная, вот-вот сейчас. Опять, хлоп — вилка, два хода — мат. Снова продул. Мужичок смотрит на него честными глазами и опять удивляется.
- Вот это пруха! Звёзды сошлись. Я уже хотел сдаваться. Подвезло так подвезло. А ты сильно играешь, молодец, давай ещё партию по два еврика. Сразу отыграешься.
А Гунча, он же упрямый, завёлся, глаза горят. Говорит, сейчас порву его как Шарик Тузика. Только внимательней буду играть.
Вован с трудом оттащил Гунчу в сторону, мужика с доской послал подальше и потопали приятели в сторону Старого Города. Идут, Вован глядит, вроде как-бы Гунча успокоился, и говорит ему:
- Как там было? Если ты не можешь найти Лоха за первые пять минут игры, значит этот Лох — ты сам.
- Ладно, — отвечает Гунча. — Проехали.
В небесах загрохотало, зарядил упругий летний ливень. Дождь бывает кратковременный, кислотный, грибной, нудный, благодатный. Бывает и крупнокалиберный. В данном случае был именно такой. Десятки беспечных горожан бросились под козырьки, навесы и зонтики. Друзья нырнули в ближайший погребок в районе Пороховой Башни.
Подвальное помещение представляло из себя нечто среднее между художественной галереей и мини-Максимой в час пик. Стены и потолок были расписаны иконописцем с воображением павлина: китайские иероглифы, фаллические символы, линейные абстракции. Общую картину завершали приглушённый свет и психоделлическая музыка. Всё это, вкупе с грубыми столами и чурбаками вместо стульев, по мнению, наверняка страшно дорогого и модного дизайнера, должно было обеспечить полное раскрепощение и погружение клиента в мир перформанса, абстракции и абсолютной свободы. Гунча и Вован нашли в углу место и взяли по пиву. Как оказалось, сей шалман уже оккупировал английский экспедиционный корпус.
Давно ли вы общались с английским туристом?
Английский турист может на пальцах объяснить вам схему игры «Тоттэнхема» или «Челси», выступить пивным консультантом и просветить вас в 50 оттенках тёмного, показать прямую связь между биржевой ценой на чай и украинским майданом, но вы напрасно надеетесь, что этот же самый английский турист сможет вам процитировать Киплинга или продекламировать Байрона.
Подданные Её Величества в количестве 15-20 боевых единиц — сдвинули столы, галдят, песни поют, глазами по сторонам зыркают — приключений ищут. Пиво льётся рекой, публика веселится, женщины хохочут, децибелы растут, градус повышается, декольтированые официантки трясут выпуклыми подробностями. Алкоголь вредный, но сука весёлый. Вован смотрит, у Гунчи в глазах огоньки загорелись, так бывает когда он на охоту выходит. Ну думает, понеслась душа в рай, гуданём на полную катушку. Ан нет. Огоньки у него загорелись, но по другому поводу.
- Ты знаешь, — говорит Гунча, и от избытка чувств пинает Вована под столом. — Всё начинает сбываться.
- Что?
- Предсказания, которые цыганка нагадала. Смотри. Неприятности на железной дороге были? Были. Контролёры из трамвая нас выгнали.
- Забудь, — ответил Вован.
- Слушай дальше — продолжил Гунча. — Налево пойдёшь — коня потеряешь. Помнишь шахматиста? В первой партии у меня был выбор — рокировка влево или вправо. Я рокернулся влево, коня потерял и сразу посыпался.
- Фуфло всё это, — махнул рукой Вован. — Так что угодно можно объяснить.
- У меня чуйка. Всё не просто так, — убеждённо произнёс Гунча.
- Такие случайности с кем хочешь могут приключиться. Успокойся.
Но Гунча он же упрямый, можно сказать даже упёртый, если в голову себе что-то вбил, то уже ничем не вышибешь.
- Ну хорошо, — говорит ему Вован, — А где блондинка? Кристина или Карина, как там её?
- А на Барона чуть под машину не залетели? Забыл? — медленно произнёс Гунча.
Вован пожал плечами. — За рулём мужик сидел. Точно не блондинка.
Гунча усмехнулся:
- А какая была машина?
- Такси. Старенькая Тойота.
Гунча посмотрел на приятеля как директор школы на первоклашку и с согласием кивнул.
- Правильно. Тойота Карина . . . Белая.
- Чушь, — Вован Неверующий был непрошибаем. — Что там дальше должно быть: лопоухий, пучеглазый, большеносый?
- Дальше будет удача. Нам нужен человек с большими ушами.
- Так ты поэтому по залу ходил? Уши рассматривал?
Взяли ещё по пиву. Вован присмотрелся к художествам на стенах и потолке. Вроде как бы уже и неплохо, что-то в этом есть.
- Эти смелые парящие гаммы, иллюзорность перспективы, этот, как его?
- Перфоманс на грани синтеза, — подсказал Гунча. Вместе засмеялись.
Англичане в очередной раз хором затянули песню. — God save the Queen!(Боже храни королеву!)
В это время, возле барной стойки начался кипеж. Залитый до краёв гость с Туманного Альбиона заехал кулаком в репу охраннику. Бармен пытался было впрячься, но ему пришлось отступить под натиском превосходящих сил англосаксов. По сигналу тревоги на помощь работникам зала пришла кухня. Повара встали фалангой и начали теснить подданных Её Величества. Битва разгоралась.
Вован пошёл освежиться и в дверях ватерклозета также подвергся внезапной атаке со стороны Британской Короны. Встречный бой был скоротечным. Вован только сцепился с островитянином в клинче, как откуда то справа ему в челюсть прилетела плюха. Вован кувыркается через стул и падает у стены. Долговязый Джон бросается к нему в попытке добавить с ноги. Вован понимает, что не успевает, но в этот момент в игру вступает Гунча, он подсечкой сбивает с ног нападающего, тот головой уходит в ножку стола, взвывает как сирена парома «Таллинк», просит замену и выходит из игры. Вдвоём, Вован и Гунча берут в коробочку второго, через пять секунд Коротышка Бен получает Красную и уходит в аут. На табло счёт: Рига-Лондон 2-0. Это я вам долго рассказываю, на самом деле с начала матча прошло не больше полминуты.
К этому моменту общая диспозиция на поле была такая: игра идёт с переменным успехом, женщины визжат, посетители бегут наверх, с улицы на подмогу своим ломится английский десант. Шум, гам, слышна полицейская сирена. Словом, как любят писать маститые писатели — вечер перестал быть томным. Перечитайте последнюю фразу ещё раз. В ней есть двойной смысл.
На Гунчу и Вована выдвигаются четверо островитян и по их сосредоточенным лицам понятно, что гости из Лондона не читали труды великого английского гуманиста Томаса Мора.
- Валим отсюда, — держась за колено, выговорил Гунча.
Вован кивнул и они оба бросились в какую-то дверь между туалетом и кухней. Бегут прямо по коридору, сзади за ними слышен топот тяжёлых подкованых ботинок и пулемётные очереди из предлогов и междометий на языке Шекспира. Хорошо девчонка официантка крикнула.
- Прямо тупик! Направо и наверх!
По винтовой лестнице друзья выбрались во двор, затем через мусорник на стену и на улицу. Выскочили где-то у Шведских Ворот. Форс мажор — пришлось не заплатить. Через пятнадцать минут приятели сидели на трамвайной остановке около Национального Театра. Подвели итоги. У Вована порван рукав и ноет челюсть. У Гунчи дырка на штанах и разбито колено. Здесь бы и успокоиться, но Гунча продолжает.
- Ну, теперь убедился? Всё сбывается.
- Что сбывается?
- Неприятности под землёй . . . Войско будет разбито, — напомнил Гунча.
Вован Неверующий был непоколебим.
- Да эти предсказатели наговорят всего подряд. Что-нибудь да исполнится. Не парься. Да и нельзя сказать, что мы сильно разбиты. Ну так, слегка. Вовремя выскочили.
Гунча вдруг замер, затем хлопнул себя по лбу и вопросительно воскликнул: — А если Ушастый — это Лачплесис? Памятник ему есть где-нибудь? Или может нам по Лачплеша прошвырнуться?
- Успокойся, — Вован тяжело вздохнул.
- Зелёная удача. Что это может быть? — задумчиво произнёс Гунча.
- Неужели непонятно? Чемодан с баксами, — полушутя-полусерьёзно ответил Вован.
- А ведь сегодня четверг. И дождь уже был, — не слушая приятеля медленно выговорил Гунча. — Теперь нам нужен Ушастый.
Здесь друзья видят, что к ним направляется мужчина лет двадцати пяти-тридцати: суровое лицо, бицепс, трицепс, рельеф играет. У Вована в памяти что-то всплывает — вроде, его где-то видел. Парень подходит и дружелюбно спрашивает.
- Ребята, помогите толкнуть машину. Стартер умер, не крутит совсем.
- Вован с Гунчей одновременно смотрят на его уши. Ничего особенного, обыкновенного размера, уши как уши.
- Да. Хорошо, поможем.
Идут, толкают, заводят средних лет БМВ. И здесь Вован вспоминает: года три назад ходил в качалку Торнадо, там этого парня и видел. Короче, пообщались, поболтали, оказалось есть общие знакомые. Молодого человека зовут Артур, живёт здесь недалеко, работает зубным врачом. Артур предложил поехать к нему. — У меня за домом открытая терраса. Посидим часик, по паре банок пива выпьем.
Друзья отказались — нет настроения. Время детское заканчивается, уже почти десять. Артур смотрит на опухшую челюсть Вована и даёт визитку.
- Если будут проблемы с зубами, приходи — вылечим. Попрощались, разошлись.
- Ладно, надо до дому двигать. — устало произнёс Гунча.
- Ты прав, фуфло все эти предсказания. Бывают просто случайные совпадения. Одной рукой он пригладил вихор на голове, а другой достал из кармана телефон.
- Мотор вызываем или на трамвае поедем?
Вован стоит рядом и держит в руке визитку. Чисто машинально смотрит в неё, пытается сконцентрировать взгляд и понимает, что впадает в ступор. Мировоззрение его переворачивается, принципы ломаются, его Фома Неверующий взрывается и рассыпается на мелкие кусочки. Молча протягивает визитку Гунче, тот берёт карточку, смотрит на неё, затем переводит взгляд на приятеля. Такого взгляда Вован не видел никогда. В глазах у Гунчи он видит одновременно: азарт, удивление, надежду и дикий восторг. Возникает пауза, затем не сговариваясь они оба поворачиваются и кричат в сторону БМВ.
- Стой!!! Поехали!
Заехали во двор, припарковались и вышли из машины. На крыльцо вышла девушка с зелёными глазами. Каштановые волосы, курносый носик, стройная фигура. Выглядела она приветливо и держалась просто.
- О, племяшка на каникулы приехала, — радостно воскликнул Артур, он познакомил всех и спросил, почему молодая красивая вечером одна дома. Красавица ответила, что собиралась с подругами в «Тыкву» — новый ночной клуб. Девушка посмотрела на
Гунчу, улыбнулась и что-то спросила. Глаза её, цвета лета, сияли как звезды в сумерках. Гунча почему-то покраснел, переминался с ноги на ногу, отвечал невпопад . . . И взмах её ресниц решил его судьбу.
Что было дальше?
Вы конечно сами догадались и всё уже поняли.
Да, я забыл вам сообщить, что было написано на визитной карточке. Снизу реквизиты: название клиники, адрес, контакты. А сверху надпись: врач-стоматолог, и большими буквами, готическим шрифтом, имя и фамилия — Artūrs Lielauss.
На этом месте рассказ должен бы и закончиться, но вам наверняка захочется узнать, что было дальше. Поэтому, читатели, мы вместе вскарабкаемся на колокольню и заглянем в будущее.
Постскриптум.
С того дня прошло уже два года. Гунча со своей молодой женой перебрался в Австралию на Зелёный континент. У них уже двое малышей, обещают через год все вместе приехать в отпуск. Парнишка с гармошкой из подземного перехода пропал. На его месте стоит музыкант с густыми чёрными бровями и шпилит на гитаре. Играет и поёт чисто, но чего-то не хватает. Драйва нет.
Старая цыганка с Форштадта исчезла. Наверное, как и обещала, ушла на пенсию. Появилась молодая, один раз слышал как она ездила по ушам клиенту: пиковая дама, дальняя дорога, казёный дом. Банальности затёртые.
Лысый шахматист до сих пор работает в Верманском парке. Лохи идут косяком. За полчаса Лысый делает 20-30 евриков. Недавно случайно встретил его на заправке и с трудом узнал. Свежий X5, на пальцах гайки, костюм Roberto Cavalli, в зубах — сигара. Если летом будете в Верманском парке, обязательно его увидите. Ходит в старых драных джинсах и линялой майке с эмблемой Московской олимпиады.
Шалман в Старом Городе несколько раз менял название, но сейчас в связи с вирусом закрыт. Вся туристическая отрасль Латвии с нетерпением ждёт окончания пандемии и возвращения английских туристов. Без них очень тяжело.
Несколько дней назад ехал на седьмом трамвае. Гляжу, на остановке Маза Кална под скамейкой сидит кот. Весь такой независимый, важно смотрит как бы в сторону. Но я заметил, он одним глазом всех пассажиров разглядывает. Наверно ищет кого-то.
- Что? Какого цвета был кот? Конечно чёрного. Других на Маскачке не бывает.
Разговор прыгал с одной темы на другую. Сначала друзья в споре пытались выяснить — какова вероятность того, что лифт в 7-этажном доме находится на первом этаже? Вован пытался доказать, что вероятность этого события — 1/2 , так как лифт находится либо на первом этаже, либо на любом другом. Гунча утверждал — вероятность равна 1/7 — по количеству этажей. Затем спор плавно перепрыгнул с теории вероятностей на тему случайностей, совпадений и предсказаний. Гунча оседал любимого конька и трещал без умолку. Сам он страшно гордился тем, что его прабабка была ведуньей и считалась самой известной ведьмой Видземе. Гунча также всерьёз воспринимал полнолуние, чёрных кошек, пятницу 13-го и был набит всякими суевериями — верил в совпадения, счастливые числа и особенно в приметы. Вован, напротив, верил только в то, что можно было увидеть, потрогать руками или попробовать на зуб, поэтому снисходительно слушал, и изредко вставлял в монолог приятеля свои пять копеек.
Внезапно перед друзьями нарисовалась старуха цыганка в цветном платке и длинной чёрной юбке, вся увешанная бусами, браслетами и прочими побрякушками.
- Мальчики. Не хотите судьбу испытать? Всю правду скажу — что было, что будет, про удачу про невзгоды, — предложила она и сверкнула золотым зубом. — По два еврика с носа.
- Не верю . . . Я сам ещё не знаю куда пойду — налево или направо. Как это можно предсказать? — скептически произнёс Вован.
Старуха посмотрела на него как Шапокляк на Чебурашку и ответила.
- Представь. Едешь ты на поезде и смотришь в окно. Видишь только то, что перед тобой. То, что проехал — ты уже не видишь, то что будет впереди — ты ещё не видишь . . . Но оно есть.
Вован критически хмыкнул.
- А давай погадай. За еврик, — Гунча протянул гадалке монету.
- Давай ладонь касатик. Век благодарить будешь.
Старуха берёт еврос, пробует на зуб и садится рядом, затем берёт Гунчину ладонь, прикрывает веки, начинает слегка раскачиваться и чуть слышно что-то бормотать. Гунча хотел было сказать — мол ничего непонятно, но цыганка жестом заткнула ему рот. Через несколько секунд стала говорить тихим вкрадчивым голосом.
- Ждёт тебя извилистая дорога . . . Налево пойдёшь — коня потеряешь, КХЕ, КХЕ, КХЕ — старуха закашлялась.
- Прямо пойдешь — себя позабудешь. Направо пойдешь — от беды ускользнёшь.
В руке у цыганки внезапно появилась колода карт.
- Смотри, — она вытащила из колоды две карты и по очереди открыла пиковую шестёрку и бубновую даму.
- Опасность . . . Держись подальше от блондинки Карины, — старуха нахмурилась и снова ухватилась за Гунчину ладонь.
- Ждут тебя неприятности под землёй и на железной дороге, — продолжила она, затем помолчала и усмехнулась.
- Ваше войско будет разбито. Будешь искать ты железную птицу . . .
- А хорошее что-нибудь будет? — недовольно перебил её Гунча.
- Не мешай, — поморщилась старуха, затем провела узловатым пальцем по его ладони и прошамкала.
- Всё как в тумане . . . Ага, вот. Есть и фартовая линия. Ушастый приведёт тебя к . . . — старуха замолчала, затем приоткрыла один глаз и с интересом посмотрела на Гунчу.
- Парень, у тебя есть шанс. Ждёт тебя большая Зелёная Удача, — цыганка вытерла лоб платком, снова прикрыла веки и после паузы произнесла.
- Если до полуночи ты не встретишь человека с Большими Ушами — твоя удача превратится в тыкву.
Старуха тяжело выдохнула, отпустила ладонь и несколько секунд сидела молча, затем негромко произнесла. — Плохо вижу уже, пора на пенсию . . . Всё, сеанс окончен.
- Что значит зелёная удача? Принцесса-лягушка? А Ушастый? Это кто? Не, так не пойдёт, давайте конкретнее — явки, пароли, адреса, — недовольно забухтел Гунча.
- Поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Только Красной Шапочки не хватает. Сказки детские, — усмехнулся Вован.
- Молодые люди, вы думаете я бегущую строку читаю? Передо мной образы, символы. И вообще, чего вы хотели за еврик? — раздражённо ответила старуха, встала, обернула вокруг плеч цветастый платок и побрела прочь.
- Так когда удача будет? Завтра? Через год? В следующей жизни? — вслед цыганке крикнул Гунча.
- После дождичка в четверг, — не оборачиваясь, обиженно ответила гадалка.
Почти сразу к друзьям подошёл мутный парнишка с бегающими глазами. Озираясь вокруг, парень негромко предложил.
- Ребята, дунуть не хотите? Баш, шмаль, петрушка? Любой каприз за ваши деньги.
- Не надо, — резко ответил Гунча. Мутный исчез, но недалече нарисовались три типа в широких штанах с наколками на руках. Лица этих кабальеро не были отягощены интеллектом.
- Гунча, надо валить отсюда. Здесь торговля идёт, а мы мешаем. Дилеры возбудились, — произнес Вован.
- Валим, — ответил Гунча. Приятели запрыгнули в подошедший седьмой трамвай и поехали в центр.
Едут никого не трогают, позади сидят две бабули и чешут языками.
- Мне внучка сказала, что под библиотекой в Пардаугаве военная база американских подводных лодок.
- Какая база? Ты что? Там на крыше антенна для контакта с НЛО. Это центр связи.
- Точно я тебе говорю. Военные там сидят, целый этаж занимают. Только это не американцы, а евреи.
Бабки перешли на шёпот, дальше были слышны только отдельные слова и обрывки фраз.
- Масоны. Они везде . . . Путин . . . подземный ход под Даугавой . . . бункер . . . придёт, порядок наведёт . . . секретный кабель . . .
Вована с Гунчей пробило на смех, сидят слушают и ржут. Досмеялись, что не заметили контролеров. Короче, обоих, под неодобрительные взгляды бабушек, с позором высадили возле автовокзала.
Друзья спустились в подземный переход, а там музыкант собрал толпу зевак. В переходе гулко звучал главный шлягер всех времён и народов. Совсем молодой парнишка отчаянно голосил и обалденно зажигал на большой гармошке. Возможно гармонист слегка накатил. Но это не точно. В воздухе витала экспрессия. Зрители завелись, кто подпевал, кто подхлопывал, кто подпрыгивал. Толпа подхватили припев.
- Kur mana lidmašina?(Где мой самолёт?)
- Kur mana lidmašina?
Гунча включился стал подпевать, Вовану тоже понравилось, постояли послушали минут пять. Кинули музыканту монету и пошли дальше. Выбрались к цирку. На углу Меркеля и Барона столпотворение — горожане вышли на вечерний моцион. У пешеходного перехода визжала и стонала скрипка. Приятели засмотрелись на скрипачку и чуть под машину не попали. Водила тормознул, обложил Гунчу трёхэтажным матом и газанул дальше.
К семи часам друзья приземлились на скамейку напротив эстрады в Верманском парке.
С наступлением лета природа всегда становится добрее, намёки и майки — прозрачнее, воздух и девушки — мягче. Кругом играли дети, музыка и солнечные зайчики. Народ группировался по интересам, в разных концах парка кучковались: картёжники и мамочки с детьми, кришнаиты и ЛГБТ-шники, бомжи и шахматисты, влюблённые парочки и хипстеры.
Рядом с Гунчей нарисовался мужичонка небольшого роста и неприметной наружности: блестящая лысина, очки на носу, шахматная доска под мышкой. Был он безобиден как плюшевый заяц и прост как кегля. Дяденька посмотрел на друзей добрым взглядом и предложил сгонять партейку по пятьдесят копеек.
Гунча согласился, так как считал себя бывалым шахматистом(в первом классе ходил в шахматный кружок). Начали играть: Гунча выиграл фигуру, давит, победа почти в кармане. Вдруг, хлоп — коня продул, затем ферзя и сразу всю партию. Мужик Гунчу нахваливает, говорит, парень — хорошо играешь, просто тебе не фартануло. Предложил ещё партейку, по еврику. Начали играть: опять Гунча давит, пешка проходная, вот-вот сейчас. Опять, хлоп — вилка, два хода — мат. Снова продул. Мужичок смотрит на него честными глазами и опять удивляется.
- Вот это пруха! Звёзды сошлись. Я уже хотел сдаваться. Подвезло так подвезло. А ты сильно играешь, молодец, давай ещё партию по два еврика. Сразу отыграешься.
А Гунча, он же упрямый, завёлся, глаза горят. Говорит, сейчас порву его как Шарик Тузика. Только внимательней буду играть.
Вован с трудом оттащил Гунчу в сторону, мужика с доской послал подальше и потопали приятели в сторону Старого Города. Идут, Вован глядит, вроде как-бы Гунча успокоился, и говорит ему:
- Как там было? Если ты не можешь найти Лоха за первые пять минут игры, значит этот Лох — ты сам.
- Ладно, — отвечает Гунча. — Проехали.
В небесах загрохотало, зарядил упругий летний ливень. Дождь бывает кратковременный, кислотный, грибной, нудный, благодатный. Бывает и крупнокалиберный. В данном случае был именно такой. Десятки беспечных горожан бросились под козырьки, навесы и зонтики. Друзья нырнули в ближайший погребок в районе Пороховой Башни.
Подвальное помещение представляло из себя нечто среднее между художественной галереей и мини-Максимой в час пик. Стены и потолок были расписаны иконописцем с воображением павлина: китайские иероглифы, фаллические символы, линейные абстракции. Общую картину завершали приглушённый свет и психоделлическая музыка. Всё это, вкупе с грубыми столами и чурбаками вместо стульев, по мнению, наверняка страшно дорогого и модного дизайнера, должно было обеспечить полное раскрепощение и погружение клиента в мир перформанса, абстракции и абсолютной свободы. Гунча и Вован нашли в углу место и взяли по пиву. Как оказалось, сей шалман уже оккупировал английский экспедиционный корпус.
Давно ли вы общались с английским туристом?
Английский турист может на пальцах объяснить вам схему игры «Тоттэнхема» или «Челси», выступить пивным консультантом и просветить вас в 50 оттенках тёмного, показать прямую связь между биржевой ценой на чай и украинским майданом, но вы напрасно надеетесь, что этот же самый английский турист сможет вам процитировать Киплинга или продекламировать Байрона.
Подданные Её Величества в количестве 15-20 боевых единиц — сдвинули столы, галдят, песни поют, глазами по сторонам зыркают — приключений ищут. Пиво льётся рекой, публика веселится, женщины хохочут, децибелы растут, градус повышается, декольтированые официантки трясут выпуклыми подробностями. Алкоголь вредный, но сука весёлый. Вован смотрит, у Гунчи в глазах огоньки загорелись, так бывает когда он на охоту выходит. Ну думает, понеслась душа в рай, гуданём на полную катушку. Ан нет. Огоньки у него загорелись, но по другому поводу.
- Ты знаешь, — говорит Гунча, и от избытка чувств пинает Вована под столом. — Всё начинает сбываться.
- Что?
- Предсказания, которые цыганка нагадала. Смотри. Неприятности на железной дороге были? Были. Контролёры из трамвая нас выгнали.
- Забудь, — ответил Вован.
- Слушай дальше — продолжил Гунча. — Налево пойдёшь — коня потеряешь. Помнишь шахматиста? В первой партии у меня был выбор — рокировка влево или вправо. Я рокернулся влево, коня потерял и сразу посыпался.
- Фуфло всё это, — махнул рукой Вован. — Так что угодно можно объяснить.
- У меня чуйка. Всё не просто так, — убеждённо произнёс Гунча.
- Такие случайности с кем хочешь могут приключиться. Успокойся.
Но Гунча он же упрямый, можно сказать даже упёртый, если в голову себе что-то вбил, то уже ничем не вышибешь.
- Ну хорошо, — говорит ему Вован, — А где блондинка? Кристина или Карина, как там её?
- А на Барона чуть под машину не залетели? Забыл? — медленно произнёс Гунча.
Вован пожал плечами. — За рулём мужик сидел. Точно не блондинка.
Гунча усмехнулся:
- А какая была машина?
- Такси. Старенькая Тойота.
Гунча посмотрел на приятеля как директор школы на первоклашку и с согласием кивнул.
- Правильно. Тойота Карина . . . Белая.
- Чушь, — Вован Неверующий был непрошибаем. — Что там дальше должно быть: лопоухий, пучеглазый, большеносый?
- Дальше будет удача. Нам нужен человек с большими ушами.
- Так ты поэтому по залу ходил? Уши рассматривал?
Взяли ещё по пиву. Вован присмотрелся к художествам на стенах и потолке. Вроде как бы уже и неплохо, что-то в этом есть.
- Эти смелые парящие гаммы, иллюзорность перспективы, этот, как его?
- Перфоманс на грани синтеза, — подсказал Гунча. Вместе засмеялись.
Англичане в очередной раз хором затянули песню. — God save the Queen!(Боже храни королеву!)
В это время, возле барной стойки начался кипеж. Залитый до краёв гость с Туманного Альбиона заехал кулаком в репу охраннику. Бармен пытался было впрячься, но ему пришлось отступить под натиском превосходящих сил англосаксов. По сигналу тревоги на помощь работникам зала пришла кухня. Повара встали фалангой и начали теснить подданных Её Величества. Битва разгоралась.
Вован пошёл освежиться и в дверях ватерклозета также подвергся внезапной атаке со стороны Британской Короны. Встречный бой был скоротечным. Вован только сцепился с островитянином в клинче, как откуда то справа ему в челюсть прилетела плюха. Вован кувыркается через стул и падает у стены. Долговязый Джон бросается к нему в попытке добавить с ноги. Вован понимает, что не успевает, но в этот момент в игру вступает Гунча, он подсечкой сбивает с ног нападающего, тот головой уходит в ножку стола, взвывает как сирена парома «Таллинк», просит замену и выходит из игры. Вдвоём, Вован и Гунча берут в коробочку второго, через пять секунд Коротышка Бен получает Красную и уходит в аут. На табло счёт: Рига-Лондон 2-0. Это я вам долго рассказываю, на самом деле с начала матча прошло не больше полминуты.
К этому моменту общая диспозиция на поле была такая: игра идёт с переменным успехом, женщины визжат, посетители бегут наверх, с улицы на подмогу своим ломится английский десант. Шум, гам, слышна полицейская сирена. Словом, как любят писать маститые писатели — вечер перестал быть томным. Перечитайте последнюю фразу ещё раз. В ней есть двойной смысл.
На Гунчу и Вована выдвигаются четверо островитян и по их сосредоточенным лицам понятно, что гости из Лондона не читали труды великого английского гуманиста Томаса Мора.
- Валим отсюда, — держась за колено, выговорил Гунча.
Вован кивнул и они оба бросились в какую-то дверь между туалетом и кухней. Бегут прямо по коридору, сзади за ними слышен топот тяжёлых подкованых ботинок и пулемётные очереди из предлогов и междометий на языке Шекспира. Хорошо девчонка официантка крикнула.
- Прямо тупик! Направо и наверх!
По винтовой лестнице друзья выбрались во двор, затем через мусорник на стену и на улицу. Выскочили где-то у Шведских Ворот. Форс мажор — пришлось не заплатить. Через пятнадцать минут приятели сидели на трамвайной остановке около Национального Театра. Подвели итоги. У Вована порван рукав и ноет челюсть. У Гунчи дырка на штанах и разбито колено. Здесь бы и успокоиться, но Гунча продолжает.
- Ну, теперь убедился? Всё сбывается.
- Что сбывается?
- Неприятности под землёй . . . Войско будет разбито, — напомнил Гунча.
Вован Неверующий был непоколебим.
- Да эти предсказатели наговорят всего подряд. Что-нибудь да исполнится. Не парься. Да и нельзя сказать, что мы сильно разбиты. Ну так, слегка. Вовремя выскочили.
Гунча вдруг замер, затем хлопнул себя по лбу и вопросительно воскликнул: — А если Ушастый — это Лачплесис? Памятник ему есть где-нибудь? Или может нам по Лачплеша прошвырнуться?
- Успокойся, — Вован тяжело вздохнул.
- Зелёная удача. Что это может быть? — задумчиво произнёс Гунча.
- Неужели непонятно? Чемодан с баксами, — полушутя-полусерьёзно ответил Вован.
- А ведь сегодня четверг. И дождь уже был, — не слушая приятеля медленно выговорил Гунча. — Теперь нам нужен Ушастый.
Здесь друзья видят, что к ним направляется мужчина лет двадцати пяти-тридцати: суровое лицо, бицепс, трицепс, рельеф играет. У Вована в памяти что-то всплывает — вроде, его где-то видел. Парень подходит и дружелюбно спрашивает.
- Ребята, помогите толкнуть машину. Стартер умер, не крутит совсем.
- Вован с Гунчей одновременно смотрят на его уши. Ничего особенного, обыкновенного размера, уши как уши.
- Да. Хорошо, поможем.
Идут, толкают, заводят средних лет БМВ. И здесь Вован вспоминает: года три назад ходил в качалку Торнадо, там этого парня и видел. Короче, пообщались, поболтали, оказалось есть общие знакомые. Молодого человека зовут Артур, живёт здесь недалеко, работает зубным врачом. Артур предложил поехать к нему. — У меня за домом открытая терраса. Посидим часик, по паре банок пива выпьем.
Друзья отказались — нет настроения. Время детское заканчивается, уже почти десять. Артур смотрит на опухшую челюсть Вована и даёт визитку.
- Если будут проблемы с зубами, приходи — вылечим. Попрощались, разошлись.
- Ладно, надо до дому двигать. — устало произнёс Гунча.
- Ты прав, фуфло все эти предсказания. Бывают просто случайные совпадения. Одной рукой он пригладил вихор на голове, а другой достал из кармана телефон.
- Мотор вызываем или на трамвае поедем?
Вован стоит рядом и держит в руке визитку. Чисто машинально смотрит в неё, пытается сконцентрировать взгляд и понимает, что впадает в ступор. Мировоззрение его переворачивается, принципы ломаются, его Фома Неверующий взрывается и рассыпается на мелкие кусочки. Молча протягивает визитку Гунче, тот берёт карточку, смотрит на неё, затем переводит взгляд на приятеля. Такого взгляда Вован не видел никогда. В глазах у Гунчи он видит одновременно: азарт, удивление, надежду и дикий восторг. Возникает пауза, затем не сговариваясь они оба поворачиваются и кричат в сторону БМВ.
- Стой!!! Поехали!
Заехали во двор, припарковались и вышли из машины. На крыльцо вышла девушка с зелёными глазами. Каштановые волосы, курносый носик, стройная фигура. Выглядела она приветливо и держалась просто.
- О, племяшка на каникулы приехала, — радостно воскликнул Артур, он познакомил всех и спросил, почему молодая красивая вечером одна дома. Красавица ответила, что собиралась с подругами в «Тыкву» — новый ночной клуб. Девушка посмотрела на
Гунчу, улыбнулась и что-то спросила. Глаза её, цвета лета, сияли как звезды в сумерках. Гунча почему-то покраснел, переминался с ноги на ногу, отвечал невпопад . . . И взмах её ресниц решил его судьбу.
Что было дальше?
Вы конечно сами догадались и всё уже поняли.
Да, я забыл вам сообщить, что было написано на визитной карточке. Снизу реквизиты: название клиники, адрес, контакты. А сверху надпись: врач-стоматолог, и большими буквами, готическим шрифтом, имя и фамилия — Artūrs Lielauss.
На этом месте рассказ должен бы и закончиться, но вам наверняка захочется узнать, что было дальше. Поэтому, читатели, мы вместе вскарабкаемся на колокольню и заглянем в будущее.
Постскриптум.
С того дня прошло уже два года. Гунча со своей молодой женой перебрался в Австралию на Зелёный континент. У них уже двое малышей, обещают через год все вместе приехать в отпуск. Парнишка с гармошкой из подземного перехода пропал. На его месте стоит музыкант с густыми чёрными бровями и шпилит на гитаре. Играет и поёт чисто, но чего-то не хватает. Драйва нет.
Старая цыганка с Форштадта исчезла. Наверное, как и обещала, ушла на пенсию. Появилась молодая, один раз слышал как она ездила по ушам клиенту: пиковая дама, дальняя дорога, казёный дом. Банальности затёртые.
Лысый шахматист до сих пор работает в Верманском парке. Лохи идут косяком. За полчаса Лысый делает 20-30 евриков. Недавно случайно встретил его на заправке и с трудом узнал. Свежий X5, на пальцах гайки, костюм Roberto Cavalli, в зубах — сигара. Если летом будете в Верманском парке, обязательно его увидите. Ходит в старых драных джинсах и линялой майке с эмблемой Московской олимпиады.
Шалман в Старом Городе несколько раз менял название, но сейчас в связи с вирусом закрыт. Вся туристическая отрасль Латвии с нетерпением ждёт окончания пандемии и возвращения английских туристов. Без них очень тяжело.
Несколько дней назад ехал на седьмом трамвае. Гляжу, на остановке Маза Кална под скамейкой сидит кот. Весь такой независимый, важно смотрит как бы в сторону. Но я заметил, он одним глазом всех пассажиров разглядывает. Наверно ищет кого-то.
- Что? Какого цвета был кот? Конечно чёрного. Других на Маскачке не бывает.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
![Илья Дименштейн](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/ILIADimenshtein.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Илья Дименштейн
Журналист
ОТ РОСКОШНОЙ ВИЛЛЫ ДО ПОСОЛЬСТВА РФ
История знаменитого особняка
![Игорь Гусев](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/img_6717_1512100833.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Игорь Гусев
Историк, публицист
РУССКАЯ ПРИБАЛТИКА
Разъяснения для альтернативно одарённых…
![Игорь Гусев](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/img_6717_1512100833.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Игорь Гусев
Историк, публицист
ИГОРЬ ГУСЕВ. ЛЮДИ НЕРАВНОДУШНЫЕ...
Из цикла «Заметки бывшего рижанина»
![Георгий Зотов](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/zotov-11-350x350.jpg)
![Россия Россия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/ru.png)
Георгий Зотов
Журналист
В ПРЕДБАННИКЕ ОКОЛО КПП НА ГРАНИЦЕ СИДЕЛИ ЧЕТВЕРО
Следователь смотрел на высылаемых с откровенной неприязнью.