ГЕОПОЛИТИКА
19.04.2023
Дмитрий Семенов
Замдиректора Морского центра
Страны Залива повторение пройденного
курс на индустриализацию и модернизацию
-
Участники дискуссии:
00 -
Последняя реплика:
Нынешнее положение монархий Залива напоминает ту ситуацию в которой оказался шахский Иран в 60-70-х годах.
В странах Залива, как и в Иране достаточно высокими темпами идёт индустриализация и модернизация, они превращаются в действительно высокоразвитые государства с современной экономикой.
При этом сходством является и то, что как и Иран времён шаха, так и те же Саудия, Эмираты, Катар начинают играть все более самостоятельную роль, отказываясь всецело следовать в русле американской политики, создавая все больше обводных каналов.
Да, они остаются важными партнёрами США и в сфере безопасности, но во многом пытаются опираться и на собственные силы и/или укреплять связи с иными региональными и внерегиональными партнёрами будь то КНР, Россия или Турция с Пакистаном.
Тот же путь ранее проделал и Иран во главе с шахом. Тегеран оставался участником т.н. «Багдадского пакта» (СЕНТО) — ближневосточного аналога НАТО во главе с США, продолжал получать от американцев самую передовую военную технику. Но в то же время играл все более самостоятельную роль в регионе, переставая быть восприимчивым к сигналам из Вашингтона.
Мало того, Тегеран пытался заменить США и Британию в качестве гаранта безопасности для государств Залива, послав войска на помощь султану Омана для подавления восстания в Дофаре без какой либо координации с Вашингтоном по целому ряду проблем.
Показательно, что и страны Залива пытались продемонстрировать способности решать те или иные задачи без участия США. И хотя кампания в Йемене пошла совсем не так, как задумывалась, тем не менее, и Саудовская Аравия и ОАЭ приобрели здесь огромный опыт, многому научившись. При том для Эмиратов йеменская операция оказалась вполне успешной.
В США же никак не могли сформулировать свое отношение к этой кампании, то пытаясь поддержать страны Залива, то, наоборот, ввести санкции на поставки некоторых видов вооружений.
Так или иначе, но для шахского Ирана это все закончилось революцией и свержением шаха. Тогда США фактически способствовали отстранению шаха от власти, парализовав через свои каналы влияния, в обход шаха, попытки военных подавить выступления.
Для США тогда Иран стал представлять угрозу своими амбициями, несмотря на его участие в военном блоке СЕНТО. Шах укреплял и свои связи с СССР и Варшавским договором, получая параллельно с американскими и британскими, советские вооружения, технологии, новые производства.
В отличие от Ирана у монархий Залива есть преимущества, которые позволяют им довести свои «белые революции» до конца, стать претендентами на полюс многополярного мира.
Страны Залива в отличие от Ирана не стали проводить политику насильственной секуляризации, разрушать традиционную систему общества. Это значительно снижает риски возникновения революционных ситуаций и возможности внешних сил ими воспользоваться.
В отличие от абсолютной монархии Ирана, шейхизм арабских государств Залива имеет совсем иную природу, проистекая из традиционной системы власти арабских племен и сама родо-племенная система там не была разрушена. Эта система гораздо более гибкая и менее восприимчивая к различным кризисам.
Она продемонстрировала устойчивость и во время «арабской весны», которая прошла по касательной для стран Залива, задев лишь Бахрейн с его шиитским большинством как фактором риска.
При этом «арабская весна» также превратила арабские монархии в важных игроков, которые сами стали главным фактором не только прихода к власти тех или иных сил по итогам преобразований, где главную роль играл Катар, но и в дальнейшей смене власти в иных арабских государствах, будь то Египет, Судан, Восточная Ливия и в какой-то степени Тунис, где главный вклад принадлежит КСА и ОАЭ.
В странах Залива, как и в Иране достаточно высокими темпами идёт индустриализация и модернизация, они превращаются в действительно высокоразвитые государства с современной экономикой.
При этом сходством является и то, что как и Иран времён шаха, так и те же Саудия, Эмираты, Катар начинают играть все более самостоятельную роль, отказываясь всецело следовать в русле американской политики, создавая все больше обводных каналов.
Да, они остаются важными партнёрами США и в сфере безопасности, но во многом пытаются опираться и на собственные силы и/или укреплять связи с иными региональными и внерегиональными партнёрами будь то КНР, Россия или Турция с Пакистаном.
Тот же путь ранее проделал и Иран во главе с шахом. Тегеран оставался участником т.н. «Багдадского пакта» (СЕНТО) — ближневосточного аналога НАТО во главе с США, продолжал получать от американцев самую передовую военную технику. Но в то же время играл все более самостоятельную роль в регионе, переставая быть восприимчивым к сигналам из Вашингтона.
Мало того, Тегеран пытался заменить США и Британию в качестве гаранта безопасности для государств Залива, послав войска на помощь султану Омана для подавления восстания в Дофаре без какой либо координации с Вашингтоном по целому ряду проблем.
Показательно, что и страны Залива пытались продемонстрировать способности решать те или иные задачи без участия США. И хотя кампания в Йемене пошла совсем не так, как задумывалась, тем не менее, и Саудовская Аравия и ОАЭ приобрели здесь огромный опыт, многому научившись. При том для Эмиратов йеменская операция оказалась вполне успешной.
В США же никак не могли сформулировать свое отношение к этой кампании, то пытаясь поддержать страны Залива, то, наоборот, ввести санкции на поставки некоторых видов вооружений.
Так или иначе, но для шахского Ирана это все закончилось революцией и свержением шаха. Тогда США фактически способствовали отстранению шаха от власти, парализовав через свои каналы влияния, в обход шаха, попытки военных подавить выступления.
Для США тогда Иран стал представлять угрозу своими амбициями, несмотря на его участие в военном блоке СЕНТО. Шах укреплял и свои связи с СССР и Варшавским договором, получая параллельно с американскими и британскими, советские вооружения, технологии, новые производства.
В отличие от Ирана у монархий Залива есть преимущества, которые позволяют им довести свои «белые революции» до конца, стать претендентами на полюс многополярного мира.
Страны Залива в отличие от Ирана не стали проводить политику насильственной секуляризации, разрушать традиционную систему общества. Это значительно снижает риски возникновения революционных ситуаций и возможности внешних сил ими воспользоваться.
В отличие от абсолютной монархии Ирана, шейхизм арабских государств Залива имеет совсем иную природу, проистекая из традиционной системы власти арабских племен и сама родо-племенная система там не была разрушена. Эта система гораздо более гибкая и менее восприимчивая к различным кризисам.
Она продемонстрировала устойчивость и во время «арабской весны», которая прошла по касательной для стран Залива, задев лишь Бахрейн с его шиитским большинством как фактором риска.
При этом «арабская весна» также превратила арабские монархии в важных игроков, которые сами стали главным фактором не только прихода к власти тех или иных сил по итогам преобразований, где главную роль играл Катар, но и в дальнейшей смене власти в иных арабских государствах, будь то Египет, Судан, Восточная Ливия и в какой-то степени Тунис, где главный вклад принадлежит КСА и ОАЭ.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Семен Берг
СИЛОВАЯ ИГРА ОАЭ
Павел Потапейко
Кандидат исторических наук, переводчик, публицист
Исламский мир — 3
Арабские элиты о будущем
Сергей Монастырев
ВЕЛИКАЯ ПИРАМИДА МАЖОРОВ
Дубай готов рухнуть?
Иван Сафранчук
политолог