Были случаи, когда французы, англичане и испанцы дрались в гостиничной столовой ради права первому прильнуть к заветным краникам единственного кофейного аппарата. Ну не то, чтобы дрались в классическом представлении, но, чего там скрывать, пихались. При этом страсти и эмоции выражались на лицах весьма отчётливо. Недвусмысленно. А потом, когда конфликт улаживался и кофейный аппарат раздора более не вызывал к себе интересу, забияки, подостыв, вспоминали старые вины своих собратьев по ЕС и утверждали, что мало им досталось.

Это я к вопросу о том, в какую изоляцию (не ту, придуманную, а всамделишнюю) попала Англия, которая испортила общую статистику своим обескураживающим выходом из единого братства европейских народов. Embarrassing and abusing. До того дошло, что британским детям собирают гумпайки под эгидой ООН. Кто бы мог подумать ещё год назад, что островное государство окажется в столь плачевном положении? И всё это – месть, классическая братская месть за отступление от общего мирового порядка. Понятно, что Англия – неотъемлемая часть этого банкротирующего порядка, понятно, что всё рассчитано и спланировано, но само отношение к вчерашним товарищам по объединению несколько смущает. Вот вам и кофейный аппарат со всеми вытекающими последствиями. Еврохарактер в действии.

Британцы слёзно просят открыть им Ла-Манш. Макрон показал конфигурацию из трёх (читай — одного) пальца. И никто не готов прийти на помощь. В основном по морально-этическим соображениям. И никто этого прожжённого цинизма не скрывает – и никогда не скрывал. Слышал любопытное суждение от французов до мозга кости – англичане для нас, дескать, большие, гораздо большие враги, чем немцы. И то верно. Кто с кем воевал сто лет, пусть даже с перерывами? Ответ и является разгадкой.

Чисто по-человечески англичане вызывают жалость. Но только не у европейских собратьев, которые считают себя бывшими. Модели поведения и восприятия мира у нас разные. И тут же вспоминается, кто помогал голодающим послевоенным детям Германии и Франции в начале 1920-х годов, когда пол-Европы страдало от жесточайшего гуманитарного кризиса. Советская Россия. И этот ответ тоже является разгадкой многих экзистенциальных вопросов.

А кофейный аппарат – это лишь маленькая частичка одной общей истории. Впрочем, дальше останется только вводить карточную систему. И не удивлюсь, если она будет введена. Всё к этому движется.

facebook.com