Пока за отрицание «советской оккупации» не хватают, не тащат в суд, где «паяют десятку» и отправляют на крайний север, куда-нибудь в район Алуксне, пришло время написать о ней. 

Почтеннейшая публика, вы будете смеяться и негодовать, но оккупации в Латвии не было! Говорить о ней серьезно для людей моего поколения — бесстыдно, для молодежи — безграмотно и опасно. Но почему же возник этот устойчивый миф, и кому так выгодно подкармливать  его в ежедневном режиме?
 

Почему термин «советская оккупация» — вранье
 
Как мальчик Вадик в пять лет и сорок — один  и тот же человек,  но если задуматься, разные люди — и по багажу знаний, взгляду на мир, способности выжимать вес и бегать стометровку, — так и Советский Союз в 20-х, 30-х, 40-х, 70-х и 80-х годах — совершенно разные страны. И по территории, и по модели управления, и по сытости общества, его социальному составу, etc...

Более того, «эти страны» в разные десятилетия решали совершенно разные задачи. Заканчивали гражданскую войну, уничтожали сословие «крепких хозяевов» в деревне и проводили индустриализацию, освобождали Европу от фашизма и делили мир на сферы влияния, пытались воспитать и построить сытое и зрелое общество развитого социализма. Разве можно сравнивать Советский Союз Ленина-Сталина с Союзом Брежнева и Черненко? Да и мир времен  Лиги Наций и ООН — разные галактики. 
 
У нас же в Латвии вдруг стало очень модно и принято ставить знак равенства между словами «СССР», «Сталин», «террор», что является манипуляцией чистой воды и ложью.  И теперь бесполезно рассказывать о том, что в годы суровой «советской оккупации» на заводе ВЭФ трудилось 20 000 тысяч человек, на «Радиотехнике» более 10 000, на заводе химволокна в Даугавпилсе — 5000.
 
Тем, кто привык думать, что за каждой их трех тысяч ткачих на фабрике в Огре стоял вооруженный до зубов красноармеец, что характерно, призванный, например, из Салдуса, на эти доводы наплевать. Как и на то, что последний «лесной брат» сложил оружие в 1953 году. Тем, кто ссылается на юридические хитросплетения и секретные протоколы пакта Молотова-Риббентропа, отвечу: каждый зрелый человек понимает, что история и юриспруденция — дамы подневольные, получающие зарплату, и потому всегда обслуживают заказ властей предержащих. Они — юристы, историки — всегда готовы «аргументированно и логично» объяснить и оправдать все.
 
Чтобы разобраться, где правда, возьмите и полистайте семейные альбомы тех лет. Вы увидите счастливые и смеющиеся лица и семьи, людей, гуляющих по рижским бульварам, загорающих и купающихся на взморье, «зажигающих» на свадьбах и юбилеях, поющих на праздниках песни, встречающих своих первенцев на ступеньках нового роддома — обычную, радостную, мирную жизнь. Вглядитесь в эти лица. Они — ваше недавнее прошлое. Ваши бабушки и дедушки.
 
Вы не увидите колючей проволоки, танков на проспектах, военных патрулей и блокпостов, виселиц, заколоченных домов, разрушенных ферм.
 

Псевдогерои псевдоборьбы
 
Независимость свалилась на латышскую элиту неожиданно, «стремительным домкратом». Первоначальную растерянность быстро сменило обыкновенное человеческое чувство — если никто не видел и не понял,  выгодно сделать вид, что имел место подвиг. Чтобы для подвига появилась правдоподобная основа, нужно создать миф об огромной опасности, необходимо демонизировать внезапно издохшего пса.
 
Для меня лакмусовой бумажкой «опасности» борьбы с кровавым «советским режимом» стал арест руководителем Пролетарского района Риги (ныне Тейка) Андрейсом Ручсом в 1993 году двух генералов Прибалтийского военного округа. Два ничего не подозревающих, но  «свирепых коммандос» приехали на назначенную им управдомом встречу.  И там храбрый коммунальщик на пару, если не ошибаюсь, с еще одним видным персонажем тех лет  Юрисом Добелисом заковали бравых генералов в наручники и повезли соколов по Псковскому шоссе под белы рученьки в сторону российской границы выдворять из Латвии. Насилу, во избежание международного скандала, незадачливых вояк отбили и освободили  латвийские же правоохранители.

 
Почему же ложь об оккупации сладка и обильна?
 
Да потому, что для «дзинтарсов, фрейберг, аболтиней и иже...» она вопрос власти. После сознательного лишения части граждан избирательных прав для элиты стал возможным не путь демократического развития и компромиссов, а принцип римлян — разделяй и властвуй.

Так уж получилось само собою, что из всего советского наследия нынешняя власть взяла в будущее не доступное образование, бесплатную медицину и рабочие места, а большевистский принцип демократического централизма. Который гласит: нас больше, значит, мы правы. На остальное — чихать хотели.

И вот  уж как 23 года плывет Латвия «островом Таджикистан» в море европейских демократий. Меняются лица и правительства, неизменен курс. Неизменны русофобия, лакейское низкопоклонство перед Штатами и европейскими лидерами в надежде на то, что старания будут оценены, их (местную элитку) оставят в покое и предоставят возможность творить делишки. 

Куда проще разливать ненависть и под эту лавочку распиливать между своими бюджет, легче стравливать, чем строить экономику, искать компромисс. И для проведения такой политики в жизнь очень трудно придумать что-то более эффективное, чем оккупация, которой не было.

Отсюда намеренно примитивный черно-белый подход к недавнему прошлому, культивирование удобных штампов. Ужасно, что на этой лжи выросло уже два поколения. Страх и ненависть — идеальное оружие манипулирования толпой. Библейское широкие врата — есть путь опасный мы знаем, знаем, но пока идем...