---

Никогда не был поклонником Джорджа Сороса. Не испытывал к нему симпатии, прежде всего как к финансовому спекулянту, то есть человеку де-факто ничего не производящему, наживающемуся на чужих ошибках, глупости и нерасторопности. Наверное, тут проявляется характерное для большинства практических латышей мое социал-демократическое начало.
 

---

 

 
Не близок он мне и своими политическими взглядами, деятельностью. Его универсалистский подход к свободе, открытости и человеческим ценностям всегда напоминал мне модное когда-то желание заставить всех людей планеты говорить на эсперанто, что невозможно, потому что все мы разные и у каждого своя человеческая, семейная и национальная история.

Однако тут на днях старик громко выступил и предрек миру большой кризис. Трудно сказать, что подвигло его на откровения: готовит ли он очередную «многоходовку» с монетизацией в конце — или, задумавшись на склоне лет о душе, решил оказать человечеству бескорыстную услугу?

Однако с прогнозом я в целом согласен. Тем более что к таким же мыслям приходил и сам около года назад, и даже изложил их в прессе. Кажется, тогда я оказался не слишком понят некоторыми комментаторами.

Сорос щедро приводит аргументы, почему глобальный финансовый кризис стал возможен. Говорит о проблемах с мигрантами из Африки, о дезинтеграции Евросоюза, ослаблении евро, о «Брексите» и даже об иранской ядерной сделке. «Всё, что могло пойти не так, пошло не так», — дарит он нам свой афоризм.

Не будем вдаваться в анализ названных Соросом причин — их может быть одной больше или меньше. Свою прошлогоднюю статью и свой вывод я делал на основе впечатления от живых встреч с представителями разных слоев европейцев (и не только). К тому же пребывание в оппозиции в течение долгого времени учит самостоятельности в мыслях и независимости в поступках, воспитывает способность выражать мнение без оглядки на текущие политические тренды и моду.
 

Не соглашусь с Соросом в одном: всё пошло как раз и именно так, как и должно было пойти. Более того, в наших проблемах немало личной ответственности самого Сороса — как одного из теоретиков и архитекторов современного мира, Европы и постсоветского пространства. Он вложил в эту «стройку» немало денег, идей и интриг. И если построенное здание закачалось и начало оседать — спрашивают за это и с конструкторов, и с прорабов. Теперь нам предстоит разгребать всю эту «кашу» — и делать это, скорее всего, придется уже без Сороса…
 

 
Поэтому давайте, пользуясь случаем, подумаем: что нам «подправить в консерватории», как говорил Жванецкий — чтобы, во-первых, пройти будущий кризис без чрезмерного трагизма и с минимальными потерями и, во-вторых, построить новый посткризисный порядок так, чтобы он был бы лучше нынешнего и чтобы при этом заново не наступить на старые грабли.

Спасибо вам, Джордж, за ваше мнение и вашу бесплатную откровенность!