В последние дни многие меня спрашивают: «А что там с Панкратовым? Он еще сидит или уже на свободе?» Отвечаю: сидит, и непонятно, как долго его будут держать за решеткой.

Политик и общественный деятель Руслан Панкратов в череде фабрикуемых дел за «оправдание геноцида, военных преступлений, преступлений против человечности» и «разжигание межнациональной розни» был арестован последним – 30 июля. 

Пару месяцев он находился в Рижской центральной тюрьме одновременно с публицистом Владимиром Линдерманом. Последнего выпустили под залог в 6 тысяч евро 10 октября.

В данный момент за решеткой «политический» Панкратов остается один – фигуранты остальных дел, а их более двух десятков, находятся на свободе под разными мерами пресечения.

На днях получил от Руслана Панкратова очередное письмо из Рижского централа. С его помощью отвечаю, в какой стадии находится дело латвийского политика.

«Все по-прежнему – 30 октября было ровно три месяца ареста. Время передачи дела в прокуратуру. Пока ничего не происходит. Но это пока. Еще одна отправная точка — это следующая судебная санкция для продления ареста. Данное событие должно состояться на стыке ноября-декабря. Досудебное расследование не должно быть дольше первого февраля и еще шесть месяцев для суда. В общем контексте все не должно превышать одного года», – сообщает Руслан.

Но сразу отмечает, что следствие не торопится, «и это можно интерпретировать двояко». Либо ничего нет и они просто издеваются, чтобы сломать и отбить желание не просто сопротивляться, а вообще бежать от общественной деятельности: «Либо наоборот – готовятся к убийственному броску, чтобы не то чтобы меня изничтожить, а сделать примером для всех активистов, неравнодушных людей. Такую своего рода пугалку – только попробуйте тут возмущаться и свое мнение высказывать. Вы здесь никто, и будем сажать каждого, кто публично посмеет что-то сказать, поставить лайк в соцсети или сделать перепост. Да, это реальность – за такое сегодня тоже можно срок получить».

Панкратов пишет, что разнообразием новостные каналы, разрешенные к просмотру и прослушиванию в тюрьме, не отличаются. «Включаю утром новости Латвии – если 6-7 раз за репортаж не скажут «русские оккупанты», «путинский режим», «советский тоталитаризм» – это уже плохие новости. Что-то пошло не так». Тем не менее новости о том, чем живут люди в Латвии, до него доходят, несмотря на то что официальные СМИ стараются многое умалчивать.

«Я же знаю, что люди в Латвии в шоке не от слов «оккупация и тоталитаризм». Пришли осенние счета за коммуналку. Простые сельские магазинчики в Гарциемсе, в Саулкрастах больше не могут их платить. Одно только электричество было 800 евро, а сейчас 4000. Руководители хозяйств просто в слезах. Сейчас пойдут грабежи и разбои. Людям нечего есть, а мы все носочки вяжем для Украины. И с русскими в соцсетях боремся», – возмущается политзаключенный.

Про себя Руслан Панкратов пишет, что держится. Во многом помогает чтение – на это у него теперь много времени. «Стал привыкать к дню сурка. Нашел в этом плюсы. К судьбе отношусь с благодарностью. Боялся сломаться, не выдержать. Сейчас уже понимаю, что по-другому жить не смогу. Это часть меня. Для чего это надо? От этого крепнет вера. Если я сам себя не сломаю внутри, никто не сможет меня сломать снаружи. Обнял», – заканчивает письмо Панкратов.