Я вот не могу определиться, как я отношусь к пресловутым старогородним новостройкам. На Ратушной площади прямо на Господской улице возводится новое здание, которому суждено вместить в себя роскошный отель о пяти звёздах, принадлежащий группе Mogotel. Скорее всего, будет красоваться бренд Rixwell, который в последнее время богато представлен в Риге. Не знаю, как удалось доказать проектировщикам, что здание соответствует историческому стилю.

Надо учесть, что ансамбль Ратушной площади подвергся разрушительной бомбардировке гитлеровскими артиллеристами. Этот дом был снесён с лица земли. Теперь строительство новой гостиницы кем-то выдаётся за восстановительные работы аутентичного здания? Я спрашиваю, потому что не знаю, как и что объяснили ЮНЕСКО, которое покровительствует Старой Риге вот уже двадцать два года.

Судя по немногочисленным изображениям и картине Карла Трауготта Феххельма, писавшего Ратушную площадь в начале XIX века, дом отличался светлым фасадом и отражал концепцию классицизма. Нынешняя же новостройка, мягко говоря, сильно отстаёт от оригинальной.



Понятно, что у крупных гостиничных предприятий есть деньги, а на самом деле – много денег, и им нужно зарабатывать. И вопрос строительства отеля в историческом центре Риги с выходом на Ратушную площадь решается легко. Строительство отеля с выходом на Красную площадь решился бы гораздо сложнее. Кстати, прямо за Домом Черноголовых тоже выстраивается новый гостиничный центр, а к бывшему музею памяти латышских красных стрелков пристраивается продолговатая белая коробочка, задача которой – восстановить времён связующую нить. Куда ни глянь, везде стройка, притом стройка не часа – века.

А на самом деле – должна ли официальная Рига при разрешении новой застройки в Старом городе подчиняться определённым ограничениям, которые накладывает на неё статус всемирного культурного наследия ЮНЕСКО? Если да, то в какой форме? А если нет, то всё дозволено.

В истории Риги уже был такой безапелляционный экспериментатор, который лучше остальных знал, что и как нужно строить и что нужно сносить. Имя ему Карлис Ульманис. В первые же годы своего авторитарного президентства он заявил, что латышский народ не должен быть стражем немецкой рухляди и снёс десяток домов у Домского собора. Просто чтобы освободить проход к церкви и выполнить определённые идеологические задачи. А заодно создать памятник своему перевороту. Ведь площадь-то была названа в честь 15 мая. Старые виды на прежнюю застройку, напоминавшую «Трёх братьев», сохраняются только на открытках первой трети двадцатого века. Этого «Намплесису» показалось мало, и он снёс ещё парочку кварталов, на месте которых был выстроен Минфин. Тот самый, по ступенькам которого поднимался Штирлиц, готовившийся к встрече с Борманом. Правда, тогда это был не Минфин.

Тогда же авторитарный лидер страны мечтал демонтировать Ратушную площадь и воздвигнуть умопомрачительную конструкцию в полтора десятка (кажется, если быть точным, семнадцать) этажей для мэрии. Не удалось, ибо советская революцию 1940 года внесла свои решительные коррективы. А далее последовал нацистский артобстрел.

В советское время Ратушная площадь оставалась на чертежах. А в жизни там был маленький садик, лабкорпус РТУ, остановка троллейбусов и киоски для продажи всякой всячины. Немножко индустриализма и академизма, перемежавшегося с рекреационной стратегией.

Берёшь в руки открытку с видами на вечно бдительную тройку стрелков (ключевых персонажей ленинской бондианы) и чувствуешь, как веет на тебя незыблемой мощью советского монументального зодчества. А потом пробил час парада суверенитетов и оказалось, что всё зыбко. С ликвидацией выдающихся программ РТУ лаборатория пришла в негодность и была снесена за ненадобностью. Зиявшие руины были снесены перед 2009 годом (тогда, по-моему, исполнительный директор Риги, будущий вице-мэр и новоиспечённый евродепутат Америкс поспорил с кем-то, что успеет снести «последние развалины Старого города» до выборов).

Фрагмент великой истории был стёрт с лица земли (и нацистских артобстрелов не понадобилось). Теперь на его месте – терраса с вечерними пьянками-гулянками. Сплошной пир духа, как, наверное, говорил последний президент СССР, от которого и зависело, как дальше будет развиваться ход истории.

Так постепенно телесный низ пришёл на смену интеллектуальному верху. Ушло в прошлое инженерно-техническое начало, которое делало советскую Ригу, умной, богатой и самодостаточной. Ему на смену пришли и приходят кофе-бары, ресторанные точки и гостиничные комплексы. Карнавально-эпикурейская свистопляска. Старый пласт истории уходит глубоко под землю, и понадобятся новые – пытливые и взыскательные – археологи, чтобы его осветить и оживить. Впрочем, и такие тоже найдутся. Всему своё время.
 

---

---