Регулярно приходится остужать горячие головы, попавшие, как под каток, под натовскую пропаганду с рефреном: «Завтра придет Россия!» Потому что многие в Прибалтике в это таки верят и, сцуко, радуются...


«Даже не надейтесь», — разочаровываю я аборигенов, уже подсчитывающих в уме размер экономии на российских ценах на бензин (в два раза дешевле) и российскую коммуналку (в 3-4 раза дешевле).

Соборность российская (то есть собирание земель) — это предание старины глубокой, когда становым хребтом российской государственности были господа-помещики, для которых земля и население — главный производственный актив, и чем всего этого актива больше — тем лучше.

А нынешний становой хребет России — это газовщики-нефтяники, которых интересут только та земля, где можно сверлить дырки, и только то население, которое может эти дырки обслуживать и охранять.

Всё остальное и все остальные для них — этакий чемодан без ручки, доставшийся в наследство от гадов-помещиков, который дешевле выкрасить и выбросить, чем содержать и кормить.

Для тех, кто сомневается, приглашаю проехаться по шоссе Рига-Москва и посчитать, сколько гектаров земли вдоль трассы на всем протяжении 700-километровой российской части хоть как-то обрабатывается.

Очень, знаете ли, освежает и избавляет от неоправданных ожиданий.

Правда, огорчает уже российских патриотов, которые задают вполне логичный вопрос: «Доколе?»

Отвечаю:

Ровно до того времени, пока определяющими в российской экономики не станут те отрасли, для которых территория и люди, на ней проживающие, будут являться необходимым и главным активом и производственным ресурсом.

Вот как только эти отрасли будут занимать в ВВП РФ больше половины, вот с этого момента и появиться опять спрос на соборность как национальную идею — и пригодятся сначала собственные заброшенные регионы РФ, а потом и сопредельные территории.

Ну а пока этого не произошло, всем страстно желающим (или, наоборот, пугающимся) прихода России можно предложить не беспокоиться.

Российской элите, может быть, и можно в настоящее время что-то всучить, но практически нереально чем-то заинтересовать, если только вы не сидите на каком-то ну очень перспективном месторождении...

Но если такое случится, вангую, что «наши заокеанские партнеры» у вас будут первыми.

Есть еще, конечно, мессианская идея спасения слабых и обездоленных, от которой Россия вроде и не отказывается, но она, как лицом в салат, упирается в господствующую потребительскую идеологию, трагедия которой не в том, что она не может накормить бедных, а в том, что богатые, сцуко, никак не могут нажраться.

Не могут настолько, что если им подарить курочку, несущую золотые яйца, через полгода курочка станет убыточной...

И единственная надежда России и всего русского мира — это те самые животворящие санкции (контрсанкции), которые коснутся, наконец, нефтегазового сектора, снимут государство с сырьевой иглы, после чего и начнется настоящее возрождение.

А там и до экспансии — рукой подать.