Отрывок из интервью:

— Как мы раньше относились к 9 мая? Как к одной из побед в череде славных свершений российской истории. Ведь как мы раньше историю учили – что начиная от маленького Московского княжества Россия росла, развивалась, и несмотря на некоторые отдельные поражения, несмотря на некоторых неудачных царей, в итоге все равно она всех врагов своих побеждала. И у нас даже МЫСЛИ не возникало, что может быть иначе.

1990-е годы и 2000-е показали, что может быть иначе. Ребята, МОЖЕТ быть иначе! Что мы могли и проиграть эту войну. И вот что тогда с нами было бы… Я не люблю, когда Латвию называют фашистским государством. Мне это кажется жутким преувеличением и нивелировкой самого понятия фашизма. Но, в принципе, нам в Латвии в 90-е показали, ЧТО ТАКОЕ быть людьми второго сорта.

Это был очень мягкий вариант по сравнению с реальным фашизмом. Тем не менее мы прониклись — мы поняли… И вот тогда к нам начало приходить осознание того, что такое для нас — 9 мая. ЧТО МОГЛО БЫ БЫТЬ, если бы не было этого 9 мая. С середины 90-х такое ощущение стало нарастать, нарастать, нарастать…

(ИМХО, лучше не скажешь. Председатель)