ЕВРОПА. ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ
Сегодня


Георгий Зотов
Журналист
«ПЛЮНУЛА БЫ В РОЖУ ПОСЛУ ЛИТВЫ».
Узница гетто обвинила Европу в зверствах.

-
Участники дискуссии:
-
Последняя реплика:
«Их поведение было нечеловеческое. Вот, говорят, просвещённые европейцы. А кто нас расстреливал? Для еврея немец тогда был лучше литовца, латыша или украинца»

Трупы фабрики кукол.
Отец прятался в лесу, мама нашла его и привела в гетто. Хорошо помню первый погром, как эсэсовцы охотились на евреев. Мои братья схоронились на первом этаже, за досками. Тогда немцы были ещё неискушённые, не знали, где следует искать. Нас с мамой погнали к хлебозаводу. Там уже стояла толпа, людей вытаскивали из домов. Кто-то матери сказал – у кого есть рабочий аусвайс, тех не убивают.
Отец показал документы, и нас отвели во двор хлебозавода. Ноябрь 1941 года, дождь со снегом идёт. А люди стоят на коленях в лужах, и их избивают плётками. Когда стало темнеть, мою семью отпустили домой.
Мама думала, палец один отвалится, чёрный был. Очнувшись, я поняла, что лежу под кроватью, за ящиками. Испугалась. Оказывается, это была кукольная фабрика, там сейчас кинотеатр «Беларусь»: подпольщики меня спрятали. У окна на столе лежала мёртвая женщина, и крысы всё лицо ей изгрызли. Я была в ужасе.
Мама взяла меня с собой – я теперь знаю, где была явка: рядом с нынешним Домом моделей, во дворе. Он завёл нас в руины, свистнул, из окна спустили лестницу, и мы забрались в дом. Отец сказал – завтра я со старшим сыном ухожу к партизанам. И больше года мы о них ничего не знали. Мой другой брат, оставшийся с нами в гетто, после погиб. Он ушёл в колонне на работу, и вечером не вернулся: его в чём-то обвинили, расстреляли.

Задушили за плач.
Мама и я знали все «малины» в ближайших домах, где можно укрыться. Заходишь в комнату, стоит шкаф, а внизу яма. Прыгаешь туда, закрываешь сверху крышкой, сидишь, еле дышишь.
Вторая «малина» была через дорогу. Однажды четыре дня подряд шёл погром – СС и полицаи искали детей, стариков, что не могут работать. Не было ни еды, ни воды. Маленькая девочка среди нас заплакала. И её задушили на глазах у матери: всего спряталось 60 человек, и никто не хотел умирать.
Она приносит счастье, вы останетесь в живых. Я лежала в убежище четыре дня, и ни звука не проронила. Мы были умнее, осторожнее стариков. Гетто маленькое – 120 000 человек всего, деревянные дома.
Знаете, мне и сейчас там ходить так страшно – я передать не могу. Все деревья вырубили, всю мебель пустили в печи. Морозы стояли жестокие, а у нас и зимней одежды нет: бежали из Белостока летом.
По утрам у домов складывали тела умерших от переохлаждения.
20 марта 1942 года гауляйтер Кубе посетил гетто, чтобы показать свою доброту на камеру. Согнали детей, он улыбался, раздавал им булочки и конфеты. А едва уехал, малышей подвели к яме и расстреляли. Я не могу это забыть. И люди должны помнить!
Ведь каждого может такая судьба постичь!
Я не была похожа на еврейку – беленькая, голубые глаза. Кусочек хлеба мне подавали, картошину. Воды в гетто не было, колонки не работали. Ничего там не было, кроме смерти. Мыться нечем, коростой покрывались, чесотка, вши, ведь жили по нескольку семей в комнате – по очереди на диванах спали, на полу, на столах.
Я чувствовала вечный страх, привычка образовалась при ходьбе оглядываться вкруговую. Мы полицаев больше боялись, чем немцев. Немца можно обмануть, а местные знают, куда ты побежишь. Им любого из нас было жизни лишить – как воды выпить.
На моих глазах убивали людей. Я помню – лежит человек, в голове маленькая ранка, я удивляюсь: как, от такой маленькой дырочки он и умер?
Врезалось в память – немец берёт ребёнка за ножку, и об угол дома его головкой. Или как после расстрела евреев на Обувной мы с мамой видели: по улице кровь течёт ручьём, столько людей убили. Сейчас молодёжь и не поверит, что такое было. А было же.
Хорошо без смерти.
Отец прислал за мной связного в гетто — белорусского крестьянина, который тайно переправил в лес уже человек десять. Мы с мамой наблюдали на Танковой улице, следили, как часто ходят у колючей проволоки немцы и полицаи: дети могли под этой проволокой пролезать. И мама говорит – вон подвода со связным, к ней беги.
Меня оставили у крестьян в деревне Полесье, там каждый двор прятал одну еврейскую семью – я пасла козу, и была абсолютно счастлива. А после переправили и маму, и нас забрали в отряд.
Как хорошо стало – ты не думаешь о погромах, смерти, глотке воды.
В Минск я вернулась уже в 1944-м вместе с Красной Армией – один солдат меня на руках через речку перенёс. Мы приход красноармейцев все эти три года оккупации ждали, словно появление Бога на Земле.
Вот, говорят — просвещённая Европа. А кто нас расстреливал? Литовцы, латыши, украинцы и немцы.
Я литовской послихе у мемориала жертвам Холокоста в Яме сказала – тут стоял детский дом. Юденрат, еврейский совет, собрал внутри сирот укрыть от дождя и снега, но кушать им было нечего...даже не обогревали здание.
И литовские полицейские, именно литовские, по приказу немцев ножами зарезали их всех. А детям-то от силы полтора-два годика, они полумёртвые, умерли бы вскоре и так.
И я говорю послихе – ваши в детдоме всех вырезали. А она мне отвечает спокойно – да, я знаю.
До сих пор себя корю, что в рожу ей не плюнула. Удивительно, но для еврея немец был лучше литовца или украинца. Но это не значит, что я их люблю.
Ездила я в Германию, и спросила – можно ли мне сделать встречу с бывшими солдатами вермахта?
Там обрадовались – вы хотите с ними помириться?
Нет, говорю, хочу им в горло вцепиться, и меня уже не оторвут. Хоть одного, но я бы задавила.
Дискуссия
Еще по теме


Реплик:
22
Еще по теме

Соломон Бернштейн
Неназначенный чтец по полёту птиц
Национализм в Прибалтике
Откуда растут ноги


Вадим Гигин
Декан факультета философии и социальных наук БГУ
ДЕНЬ НЕЗАВИСИМОСТИ БЕЛАРУСИ
напрямую связан с наступательной операцией «Багратион».


Георгий Зотов
Журналист
ЕСЛИ БЫ ГИТЛЕР ПОБЕДИЛ
Давайте специально на минутку вообразим — Гитлеру повезло, и он победил Сталина.


Рус Иван
Русский Человек. Ветеран. Участник прошлых, нынешних и будущих.
В СТРАНАХ ЕВРОПЫ ВЕЗДЕ НАШЛИСЬ ТЕ, КТО СОТРУДНИЧАЛ С НЕМЦАМИ.
Но в разных странах разное число. Главное состоит в том, почему они это делали.
НЕ ТРОГАЙТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА!
Почитайте: <Мифология русских войн>, Андрей Кураев.
ТИХАНОВСКАЯ И ЗМАГАРЫ СТАНОВЯТСЯ НЕЖЕЛАТЕЛЬНЫ В ЛИТВЕ
Троцкисты, мля! А ледорубом по башке?
ЗЕЕЛОВСКИЕ ВЫСОТЫ
Чего же тут иезуитского? Всё четко и ясно: пошли вон!
НИЧЕГО СВЯТОГО
Надеюсь, к исходу дня все успели по личным каналам поздравить Почётного Председателя с Днём Радио.