О ПРИРОДЕ СОЦИАЛЬНОГО ПРОЦЕССА :: IMHOclub - Территория особых мнений

Размышления

03.04.2025

Александр Гапоненко

Доктор экономических наук

О ПРИРОДЕ СОЦИАЛЬНОГО ПРОЦЕССА

И процесса деструкции

Участники дискуссии:

2

2
Последняя реплика:

больше месяца назад

Иван Киплинг, Микола Швыдкой

На ранних этапах образования человеческой общности, иначе социума, люди столкнулись с феноменом массового уничтожения друг друга по принципу этнического происхождения. Это истребление воспринималось ими, как неизбежное зло, наряду со смертью от природных катастроф, заразных болезней, гибелью воинов во время войн. Только в разгар Второй мировой войны польский юрист еврейского происхождения Рафаэль Лемкин, столкнувшись с массовым уничтожением евреев и поляков в оккупированной немецкими нацистами Польшей, попытался осмыслить этот феномен. Сделал он это в своей работе «Правовой порядок в странах Оси» (1944).

Лемкин назвал этот феномен геноцидом, но предложил также термин этноцид, как равнозначный. Сутью феномена он определил уничтожение людей по признаку их этнического происхождения, уничтожение, как индивидов физически, так и этноса, как коллективного субъекта. Впоследствии за физическим уничтожением индивидов — членов этноса закрепился термин геноцид, а за уничтожением этноса, как коллективного субъекта — термин этноцид.

Высказанные Лемкиным идеи отчасти легли в основу доктрины обвинения нацистов на Нюрнбергском трибунале (1946), отчасти в концепцию Конвенции по предупреждению геноцида (1947), однако далеко не все. Положение об этноциде были победителями в войне полностью проигнорированы в силу того, что они в своих колониях подвергали туземное население преследованию по этническому принципу.

Англосаксонские ученые продолжили развивать идеи Лемкина, но уже не с целью углубления знаний о феномене этноцид, а для того, чтобы научиться управлять им. Проблема реализации старого принципа «разделяй и властвуй» сохранилась и даже обострилась.

Только теперь она изучалась в рамках концепций «этнических конфликтов», «этнической и расовой дискриминации», «прав человека» и ряда других. Был накоплен большой массив информации об этнических конфликтах по всем странам мира, в том числе описаны все случаи геноцида в мире. Немного писала о «культурном этноциде», но каких-либо выводов из накопленной фактуры ученые англосаксы делать опасались.

Параллельно, в закрытом формате, шла отработка инструментов и методов управления этническими конфликтами. Частично эти наработки известны нам по трудам Ная по мягкой силе, публикациям Джини Шарпа об организации несилового сопротивления. Наработки этой группы англосаксонских исследователей позволили заказавших их элитам эффективно организовывать «цветные» революции по всему миру, удерживать этот мир под своим контролем несиловыми, социальными способами.

В СССР после войны теоретические аспекты геноцида и этноцида не изучались. Правящая коммунистическая элита исходила из марксистко-ленинской догмы, что все определяет в обществе экономика и классовая борьба, а этносы — пережиток прошлого, который скоро отомрет. Это высокомерное отношение к социальным наукам привело к разложению советской нации и распаду СССР.

В современной России рассматриваемая тематика также не изучается. В ней сами ученые приняли на веру те догмы, которым следуют англосаксонские учены в основной своей массе. А до закрытых исследований россиян не допускают, относятся к ним, как к туземцам, которые должны служить интересам западных хозяев. Мы постараемся в этой чреде последующих статей уточнить и дополнить тот понятийный аппарата, который начал создавать Р. Лемкин с тем, чтобы выработать рекомендации по ограничению процессов этноцида в мире.

В качестве предмета исследования мы выберем отношения по поводу массового уничтожения как индивидов, так и их совокупности (коллективного субъекта). Объектом исследования определим европейские этносы, включая их североамериканское подразделение и сосредоточимся в основном на феноменах геноцида и этноцида в период после начала нового времени. Конкретно в данной статье ставится задача уточнения природы, роли и места социального процесса в системе общественного воспроизводства и влияния на него деструктивных процессов. Без такого рода уточнения невозможно разобраться во взаимоотношениях этносов.

Природа, место и роль социального процесса

Мы исходим из положений, которые были сформулированы классиками марксизма почти две сотни лет тому назад. Главным образом на работы Карла Маркса «Социально-экономические рукописи 1844−1847гг.» и рукописи 1857−1958гг., «Капитал» (1861). А также на работы Фридриха Энгельса «Роль труда в происхождении человека» и «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

Суть идей, сформулированных в этих, практически забытых сейчас работах, сводится, кратко, к следующему. Человек отличается от окружающей его природы тем, что способен на целесообразную, волевую деятельность, иначе труд. Элементами трудового процесса является носитель, или субъект труда, собственно труд, средства труда и предмет, иначе объект труда. Воздействие труда на предмет позволяет преобразовать его, приспособить для нужд человека, что и есть результат труда.

Человек воздействует своей трудовой деятельностью либо на вещество природы, либо на другого человека (самого себя). Использует приспособленные для этого средства труда, иначе инструменты. Соответствующим образом совокупный процесс труда распадается на две принципиальные сферы: материальное производство и социально производство. Сфера материального производства, иначе экономическая сфера, достаточно подробно описана в литературе и нами в дальнейшем не рассматривается. На содержании социальной деятельности остановимся подробнее.

Простейшим примером социальной деятельности является обучение матерью ребенка навыкам хождения, самообслуживания, речи, обращению с игрушками и таким образом превращения его в члена общества. Социальными инструментами выступают: язык, его внешнее отображение — письменность; религиозная или идеологическая доктрина; символическое отражение общности в виде тотема, флага, герба, гимна; символические действия в виде обрядов, церемоний; галерея героев, которым следует подражать; система (календарь) праздников; набор художественных образов, которые помогают освоить окружающий мир; предметы культуры, в которых воплощаются ценности; набор текстов, в которых эти ценности зафиксированы.

В результате воздействия человека на другого человека (самого себя) с помощью этих социальных инструментов формируется трудовой потенциал человека, иначе набор его способностей. Этот трудовой потенциал делится на совокупность личных способностей и рабочую силу — совокупность способностей к выполнению материально-производительного труда — рабочую силу. Между социальной сферой и сферой материального производства происходит обмен произведенных продуктов.

Социальная сфера направляет в сферу материального производства рабочую силу и получает взамен средства существования. Производственный процесс становится процессом воспроизводственным, поскольку затраченные ресурсы восстанавливаются. До настоящего момента мы описывали социальный процесс в виде единого, нерасчлененного социального труда. На деле есть общественный социальный труд, в рамках которого каждый индивид выполняет свою частную, единичную трудовую функцию, а потом обменивает ее (услугу) на трудовые функции, выполняемые другими индивидами. Впоследствии развивается специализация и кооперация социального труда. Это аналогично полностью процессам, которые развиваются в материальном производстве и существование которых всеми признается.

Признание того, что социальная деятельность есть система общественного социального разделения и кооперации труда позволяет говорить о том, что это органический процесс. То есть, как в живом организме, части связаны между собой так, что изъятие тех или иных органов ведет к гибели организма, как и нарушение связей между ними. Как и отдельный индивид, социум рождается, развивается и может погибнуть.

Подробнее об «органах» в социальной сфере. Их роль выполняют социальные институты. Социальные институты — это группы людей, связанные между собой отношениями разделения и кооперации социального труда, преследуют единую цель, вооружены специфическими социальными средствами труда и производят вовне специфические услуги.

В ряду социальных институтов следует назвать: церковь и монастырь; школу и университет, книгоиздательство и библиотеку, театр и филармонию; радио и телевидение, кинематограф, социальные сети.

Каждый из этих социальных институтов оказывает более мощное, качественно иное воздействие своими услугами на человека, чем это может сделать отдельный индивид. Обучение в школе, например, дает больший и более широкий набор знаний, чем их дает обучение матерью ребенка или даже домашний учитель. В социальной сфере действуют те же законы развития ее материально-технической базы, что и в сфере материального производства.

Применяя к анализу социальной сферы ту методику, которую К. Маркс использовал в «Капитале», разделе «Производство относительной прибавочной стоимости», мы выделили следующие виды социальных институтов. Это социальная кооперация, социальная мануфактура, социальная фабрика, покоящаяся на системе крупного машинного производства и социальная фабрика, которая покоится на системе крупного машинного производства автоматического типа. Идеи о том, что социальные процессы носят органический характер развивали многие ученые, которые использовали марксистскую методологию. Правда, основная их часть отрицала свои заимствования. Среди таких ученых можно назвать Макса Вебера, Эмиля Дюркгейма, Питирима Сорокина, Торстейна Парсонса.

Разделение труда в социальной сфере, как и в сфере материального производства, идет как по горизонтали, так и по вертикали. В результате горизонтального разделения труда возникают такие профессии, как учитель, писатель, артист, художник, журналист, священник. Учителя делятся по предмету преподавания на литераторов, историков, географов, математиков и так далее. В результате вертикального разделения труда выделяются люди, которые специализируются на выполнении функций определения целей и постановка задач, распределении заданий между исполнителями, координации их работ, распределении результатов коллективного труда. Так появляются профессии директор школы, антрепренёр, редактор газеты или журнала, глава театра или картинной галереи, архиерей.

Вертикальное разделение труда ведет к делению на элиту и массы. Элита выполняет распорядительные функции, распоряжается материальными ресурсами и результатами производства, получает за эту важную работу большие доходы. Массы выполняют исполнительскую работу, отделены от управления производством и его результатами, получают за свой труд меньшие доходы.

В результате деления социума на элиту и массы он приобретает иерархическую структуру. Однако органическая природа социума не разрушается, если и элита, и массы выполняют свои трудовые функции.

Органическому подходу к анализу природы социальной сферы противостоит группа концепций, которые можно определить, как «механические». Отцом «механической» концепции можно считать Т. Гоббса. В своей работе «Левиафан» он описал социум, как сумму индивидов, которые борются друг с другом по принципу «все против всех». Как суммирующая этой борьбы и образуется такая сущность, как библейское чудовище Левиафан — враждебная каждому отдельному индивиду.

Данный подход обладал малой эвристичностью и поэтому был дополнен идеей, что взаимный эгоизм индивидов ограничивается неким «общественным договором», который индивиды заключат между собой в эгоистических же целях. «Общественный договор» ограничивает жестокость Левиафана. Идеи «общественного договора» развил Ж. Ж. Руссо. Этих дополнений оказалось недостаточно тоже и появилась концепция «естественных прав» человека, то есть природной ограниченности эгоизма человека правами другого человека.

О природе и формах деструктивной деятельности

В рамках социума осуществляется не только социальная и материально-производительная деятельность. Над этими, базовыми, видами деятельности надстраивается деструктивная деятельность, то есть деятельность по уничтожению людей, подавлению их способностей, разрушению или присвоению созданных другими материальных средств существования.

Как это не звучит парадоксально, деструктивная деятельность носит целесообразный и волевой характер и в этом смысле является трудовой. Она предполагает применение специфических деструктивных средств — мечей, винтовок, артиллерийский орудий, самолетов и авианосцев. В сфере деструкции действуют специфические институты: тюрьмы, полицейские формирования, отряды военных.

В сфере деструкции складываются свои элиты (политики, военачальники) и свои массы (чиновники, солдаты и полицейские). Политическим институтом является и государство, которое монополизирует применение средство насилия, вводит сложную систему разделения и кооперации труда по управлению деструктивной деятельностью с различными политическими механизмами управлений ей — политическими режимами.

Деструктивная деятельность необходима, прежде всего, для пресечения нежелательных процессов, которые развиваются внутри социума. Например, несанкционированных убийств членов социума, нанесения им вреда, разрушения производственной материальной и социальной деятельности, присвоения созданных другими материальных благ. Для пресечения всех этих разрушительных действий и «трудятся» сыщики, тюремщики, палачи, строятся тюрьмы и куются кандалы. В социуме складываются традиции, затем появляются письменные законы, в соответствии с которыми происходит наказание тех, кто преступил общественные нормы. Появляются люди, которые этим занимаются — судьи.

С появлением аппарата принуждения у политических элит появляется возможность закреплять за собой свой высокий статус и высокие доходы, даже если они не выполняют свои трудовые функции. Возникает соблазн передать их своему потомству, которое тоже может не обладать необходимыми способностями. При реализации подобного рода возможности правящей элитой общество раскалывается на классы, сословия, касты. Между ними начинается социальная борьба. Социум утрачивает органический характер.

В ходе социальной борьбы массы выдвигают контрэлиты, которые приходят на смену старым элитам. Этот процесс описывали в своих работах В. Парето и Г. Моска. Если ротации (циркуляции) элит не происходит, то в социальную борьбу вовлекаются массы, явление называется тогда революция. В ходе революции уничтожается зачастую большая масса людей, она сопровождается перераспределением собственности, накопленной правящими элитами, уничтожением ее имущества. Однако эта массовая гибель взаимного уничтожения людей происходит по принципу принадлежности их к классу, сословию, касте, а не по их этническому признаку. Это политицид, но не геноцид. Нами этот феномен рассматриваться не будет далее.

Многие западные исследователи, между тем, объединяют воедино убийство людей в массовых масштабах не только по этническому, но и по социальному принципу. Так делает, например, серьезный ученый Дэвид Блэк в своей работе «Темная сторона демократии». Так делает известный ученый Рукмель, накопивший обширную базу о всех известных случаях массовых убийств на земле. В общий список попадают жертвы набегов Чингисхана, убийство нацистами евреев в Европе, жертвы голода в СССР. Между тем очевидно, что это были феномены совершенно разного социального содержания.

Здесь мы также рассмотрим применение насилия с целью организовать материально-производственный процесс. Правящие элиты применяют аппарат насилия для принуждения масс к труду на себя. Это делается посредством лишения их свободы, права завести семью. Они превращаются в рабов. Причиной порабощения является убийство, уничтожение чужого имущества, невозврат долга.

При широком распространении рабства оно действует разрушительно на социум, ведет к его делению на класс рабов и рабовладельцев, к возникновению восстаний рабов. Античные социумы, столкнувшись с этой проблемой были вынуждены прибегать к мерам по ликвидации кабального рабства (реформы Солона, реформы братьев Гракхов). Это существенно продлевало существование социума в органическом состоянии.

Максимально жесткой формой принуждения масс к труду является крепостничество, прикрепление работника к средствам производства, обычно к земле. Это зависимость ограничивала только часть прав зависимых крестьян. Право завести семью они, например, имели. Недовольные своим положением крепостные крестьяне также восставали против своих господ. Восстание перерастали зачастую в гражданские войны.

Как восстание рабов, так и восстание крепостных зачастую сопровождались гибелью огромных масс населения. Однако это тоже была разновидность политицида. Второй, наряду с внутриполитической формой деструкции, является внешнеполитическая форма деструкции.

Социум под влиянием природных катастроф, демографического взрыва может осуществлять деструкцию против другого социума, уничтожать его, сгонять с места постоянного проживания. Эту деструктивную деятельность ведут обычно специально вооруженные воины — комбатанты. Им противостоят такие же комбатанты. Борьба между ними носит название война. Суть войны описана в работе Гуго Грация «О войне и мире», в работе Иммануила Канта «О вечном мире», множестве других источниках.

В ходе войны гибнут огромные массы людей-комбатантов. Однако эти жертвы тоже не являются жертвами геноцида, это отдельная категория жертвы войны. Размер военных жертв социумы стараются ограничить путем запрещения применения наиболее разрушительных средств — оружия массового поражения. Столь пространный экскурс в теорию социального процесса и процесса деструкции нам потребовался для того, чтобы получить основания для разбора межэтнических отношений. В этой области в методологическом плане царит полный разброд и шатания. Но это уже предмет рассмотрения следующей статьи.