В ГДР всё было лучше! — заверяет меня 16-летний житель Берлина Михель Штайн. — Люди бесплатно получали квартиры, а сейчас я должен буду горбатиться всю жизнь, чтобы оплатить по ипотеке жалкую комнатушку! В магазинах было десять сортов колбасы? Ну, да. А нужно ли больше, если теперь тридцать, а цены настолько бешеные, что купить я вообще ничего не могу. Машины делали такого качества, что народ до сих пор на них ездит. К чему это фуфло западногерманское?

В 1975 году я ездил в туристическую поездку в СССР, — вспоминает 79-летний пенсионер Фридрих Готлиб, бывший сотрудник аппарата МВД ГДР, — и меня поразило, что народ, сломивший нацистскую Германию, экономически жил хуже нас. Я был удивлён, увидев «коммуналки», где находились по три-четыре семьи — у нас в Берлине этого не знали, каждая семья имела отдельную квартиру: зачастую, построенную в качестве «братской помощи» советскими стройотрядами. В магазинах люди стояли в очередях за дефицитными товарами, а у нас всего всегда хватало. Разве что американских джинсов в ГДР тоже не было, их продавали лишь спекулянты. И я понял — советские граждане, победившие Гитлера, всё лучшее отдавали своим друзьям, социалистическим странам: а сами довольствовались малым. Все знают, что ГДР жила вполне благополучно — но забыли, за чей счёт. Нефть, газ, и даже золото, уран для электростанций нам поставлял Советский Союз — почти бесплатно, в ущерб богатству собственных граждан. И ещё чушь несут, что мы были советской колонией! Да разве та же Кения жила богаче Британии? Колонизаторы высасывали из Африки и Азии все соки, грабили, забирали даром полезные ископаемые. А СССР отдал нам всё в подарок, и мы вели обеспеченную жизнь только благодаря русским. Это надо помнить!

Я за газ, свет и воду ежемесячно платил 17 марок, — объясняет Фридрих Готлиб. — А теперь — 650 евро! Мне на еду сущая мелочь остаётся. ГДР была социальным раем — народ не знал, что такое безработица и нищета.

Я тоже туда ходила, — скромно потупив взгляд, сообщает мне 65-летняя Ханна Гаузен, бывший инженер завода «Роботрон», производившего компьютеры, — нынешняя власть положила огромные силы, чтобы демонизировать ГДР. Но у нас была свобода. Загорали обнажёнными, издавали эротические журналы, на концертах открыто выступали группы, игравшие панк-рок и хэви-метал. Да, нельзя было сказать, что коммунисты плохие. А сейчас многое ли легко произнести на публику? Я не могу открыто заявить — выгоните из страны всех гастарбайтеров, меня обвинят в нацизме. Это что, демократия?

Хонеккер гордился тем, что восточные немцы живут лучше СССР, он считал это своим достижением, — разводит руками учитель русского языка, 69-летний Иоганн Шварцмюллер, — и вдруг оказалось, что без помощи Советского Союза мы не можем существовать, и наше государство растворилось, как сахар в горячем чае. Русские давали нам бензин, газ, зерно, древесину, а мы делали вид, что не замечаем, откуда взялось наше благоденствие. Едва СССР от нас отвернулся, в ту же минуту мы погибли.

Кстати, бывшие гэдээровцы очень обижены на «советских братьев», и считают, что их бросили. «Главное достижение ГДР — русские после кровавой битвы с Гитлером и миллионов жертв смогли подружиться с немцами. Мы сильно, искренне любили вас…а вы от нас отказались, отдав ФРГ» — упрекает меня Алекс Бергман. «Скажите честно, если я верну вас в ГДР сию минуту, вы согласны?» — спрашиваю я. Он тянет с ответом. «Наверное, нет...», — произносит Бергман, — я уже привык здесь за столько лет. А там придётся привыкать к тому, чего я уже забыл». Согласно опросам, лишь 13 % жителей экс-ГДР готовы немедленно вернуться обратно. Но, в любом случае, машину времени пока не изобрели.