Это было пару месяцев назад. Я заметил их еще издали, они стояли в ожидании зеленого сигнала светофора, на переходе у перекрестка, в самом центре Риги. Мать и сын. Она держала его за руку, а он в это время рисовал ногой на асфальте какие-то знаки, так, как это делают изнывающие от скуки маленькие дети.

Вроде бы ничего необычного, если бы не возраст этой пары. Сыну на вид было никак не меньше пятидесяти, а матери... считайте сами. Было заметно, что сын нездоров, голова его слегка подергивалась, взгляд бегал, нигде не задерживаясь, да и мысли, очевидно, блуждали совсем не в нашем мире.

Сказать, что они были одеты скромно, значит слукавить. Они были одеты бедно, крайне бедно. Не буду подробно описывать, как была одета мать, отмечу лишь, что весь ее гардероб состоял из вещей, какие носили лет 30—40 назад. Что касается сына, то на нем были явно не его размера брюки, удерживаемые туго затянутым ремнем, застегнутая на все пуговицы рубашка, верхняя часть которой, там, где у малышей слюнявчики, — в свежих пятнах от еды... На ногах кеды. Я еще удивился, ведь мужчине его возраста ходить в них не очень удобно, но позже сообразил, что это, вероятно, самая дешевая обувь, какую можно купить.

Какое-то недолгое время мы не спеша шли рядом. Она терпеливо вела его за руку, в то время как он, занятый своими мыслями, походкой ребенка неторопливо семенил чуть сзади, возможно, даже не понимая, где в тот момент находится и кто идет с ним рядом...


Когда-то мне доводилось бывать в пансионатах для престарелых, где наряду с жильцами зрелого возраста проживали и значительно более молодые, порой совсем юные постояльцы. Все они были нездоровы, кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Как правило, все они были отправлены в пансионат по решению своих родных. Большинство из них оказались брошены и забыты, кто-то навсегда, кто-то — на месяцы или годы. Лишь немногих регулярно навещали. Каждое появление в пансионате посторонних вызывало среди них бурное волнение, совершенно детское любопытство — и надежду...

Не возьмусь никого осуждать, в свое время близким этих людей пришлось сделать тяжелый выбор, и что стояло на чаше весов, не знает никто. Но тем большее уважение вызвала эта случайно встреченная седая, одетая в старую, заношенную одежду пожилая женщина, ведущая за руку своего такого же седого сына...


 

---

Читайте также: Валерий Курочкин. С надеждой...
 

---