СССР. ИСТОРИЯ
01.04.2025
Артём Бузинный
Магистр гуманитарных наук
ЛЕГКО ЛИ БЫТЬ ОЛИГАРХОМ В СССР
Была ли советская партноменклатура олигархией?
-
Участники дискуссии:
1255 -
Последняя реплика:
больше месяца назад
Марк Козыренко,
Леонид Радченко,
Владимир Иванов,
Ярослав Александрович Русаков,
Борис Мельников,
Элла Журавлёва,
Артём Бузинный,
Иван Киплинг,
Анатолий Зайцев,
Roman Romanovs,
Victoria Dorais,
Мечислав Юркевич
Посмотрел новый видеоролик Семёна Уралова и Алексея Чадаева. Понравилось. Много созвучного моим собственным мыслям. Среди прочего то, что «демократия» при капитализме это всегда и везде лишь фиговый листок, маскирующий олигархию. Олигархию в изначальном смысле этого слова — власть немногих.
Иными словами, пресловутый дип стейт изначально встроен в систему «буржуазная демократия», его там не может не быть. Или, выражаясь программистским сленгом, это не баг, а фича этой системы. Но тут же слышится голосок, ехидно вопрошающий: «а что же, при этом вашем социализме не было олигархии? Что же, власть в СССР была у большинства? Неужели «дип стейта» в СССР не было?»
Окей, допустим была в СССР некая коммунистическая олигархия и рулила она в закрытом от общества режиме «дип стейта». А зачем же тогда этой «олигархии» понадобилось демонтировать социализм и разрушать СССР? Ведь если этой (воображаемой) «коммунистической олигархии» так хорошо жилось при социализме, то и уничтожать советский строй ей не было никакого смысла. Значит, советский строй этой олигархии чем-то мешал. Вернее, он именно что мешал партократии превратиться в олигархию.
А дело в том, что в СССР партийная, советская, хозяйственная номенклатура не была классом: у неё не было частной собственности. Всё, чем номенклатурщики пользовались — квартиры, машины, дачи, ведомственные санатории — всё это было служебное, оно не было в их собственности. Потерял должность — потерял квартиру и машину с шофёром. По рассекреченным донесениям НКВД ещё в начале 30-х об этом в личных разговорах с коллегами плакался тогдашний нарком госбезопасности Генрих Ягода: «я ведь старый революционер, а у меня ничего нет. Я голодранец! За что боролись!» Тогда нарком на этом и погорел, на таких вот жалобах в жилетку. Вернее, в том числе и на этом. Водились за товарищем Ягодой и другие грешки перед партией.
И тем более у советской номенклатуры не было частной собственности: «заводов, газет, пароходов», как у мистера Твистера. Да, советские начальники решали, где и какой завод построить, куда поплывут пароходы и какой груз они повезут на борту. Но номенклатурщик не мог ни купить завод, ни продать. А председатели колхозов, которых потом обозвали «красными помещиками», так вот не мог председатель колхоза ни продать колхозника, ни купить, ни проиграть в карты, ни обменять на борзую собаку, как это делали настоящие помещики со своими крепостными крестьянами. Ну, это к слову о том, что колхозы, якобы, были «новым изданием крепостного права».
Таки не были председатели колхозов никакими помещиками. А директора советских заводов и фабрик не были капиталистами. А партократия и номенклатура в целом не была классом частных собственников. Вот это и было тем препятствием, которое не давало возникнуть в СССР олигархии.
Ведь олигархия — власть немногих — формируется только тогда, когда эта власть становится наследственной. Например, в кастовых обществах типа Индии, где человек, родившись в высших кастах, власть получает уже по праву рождения. Или в аристократической системе, которая была в России до 1917 года: сын графа с пелёнок автоматически наследует папин титул и привилегии, сын князя — князь, а сын холопа — холоп. И это всё легально, освящено законом, и с этим никто не спорит.
Но советские-то законы не позволяли передавать должность, скажем, секретаря горкома по наследству. Советские начальники не были детьми начальников: они в огромном большинстве имели либо крестьянское, либо пролетарское происхождение.
Таблица из книги А.Г. Вишневского «Серп и рубль: Консервативная модернизация в СССР» (М.: ОГИ, 1998. — С. 192).
Хотя, наверно, где-то в глубине души советские партократы мечтали о том, чтобы передать насиженное папой тёпленькое местечко своим детишкам. Но они не могли просто встать и сказать: всё, с завтрашнего дня власть — это наша монополия.
А вот конвертировать собственность во власть — с этой стороны можно было попробовать зайти. Но для этого надо было этой собственностью завладеть — провести ту самую при(х)ватизацию. А уже став капиталистами, то есть законными частными собственниками, можно было эти капиталы передавать по наследству своим детям и внукам. Ну, а имея капиталы, можно влиять на власть в выгодную для себя сторону: покупать эту власть, подкупать, всячески её развращать и коррумпировать.
А если ты простой советский секретарь горкома, ну или даже обкома, и твой служебный оклад в 3 или пускай в 4 раза выше, чем зарплата среднего работяги — много ты сможешь подкупить и коррумпировать? Воот... Тяжело жилось коррупционерам при проклятой советской системе.
То есть, для того, чтобы превратиться в олигархию, номенклатуре необходимо было сломать социализм. Именно социализм тут был главным препятствием. Его и сломали — сознательно и целенаправленно. А вот капитализм для олигархии органичен и естественен: олигархия в капитализме, как рыба в воде.
Иными словами, пресловутый дип стейт изначально встроен в систему «буржуазная демократия», его там не может не быть. Или, выражаясь программистским сленгом, это не баг, а фича этой системы. Но тут же слышится голосок, ехидно вопрошающий: «а что же, при этом вашем социализме не было олигархии? Что же, власть в СССР была у большинства? Неужели «дип стейта» в СССР не было?»
Окей, допустим была в СССР некая коммунистическая олигархия и рулила она в закрытом от общества режиме «дип стейта». А зачем же тогда этой «олигархии» понадобилось демонтировать социализм и разрушать СССР? Ведь если этой (воображаемой) «коммунистической олигархии» так хорошо жилось при социализме, то и уничтожать советский строй ей не было никакого смысла. Значит, советский строй этой олигархии чем-то мешал. Вернее, он именно что мешал партократии превратиться в олигархию.
А дело в том, что в СССР партийная, советская, хозяйственная номенклатура не была классом: у неё не было частной собственности. Всё, чем номенклатурщики пользовались — квартиры, машины, дачи, ведомственные санатории — всё это было служебное, оно не было в их собственности. Потерял должность — потерял квартиру и машину с шофёром. По рассекреченным донесениям НКВД ещё в начале 30-х об этом в личных разговорах с коллегами плакался тогдашний нарком госбезопасности Генрих Ягода: «я ведь старый революционер, а у меня ничего нет. Я голодранец! За что боролись!» Тогда нарком на этом и погорел, на таких вот жалобах в жилетку. Вернее, в том числе и на этом. Водились за товарищем Ягодой и другие грешки перед партией.
И тем более у советской номенклатуры не было частной собственности: «заводов, газет, пароходов», как у мистера Твистера. Да, советские начальники решали, где и какой завод построить, куда поплывут пароходы и какой груз они повезут на борту. Но номенклатурщик не мог ни купить завод, ни продать. А председатели колхозов, которых потом обозвали «красными помещиками», так вот не мог председатель колхоза ни продать колхозника, ни купить, ни проиграть в карты, ни обменять на борзую собаку, как это делали настоящие помещики со своими крепостными крестьянами. Ну, это к слову о том, что колхозы, якобы, были «новым изданием крепостного права».
Таки не были председатели колхозов никакими помещиками. А директора советских заводов и фабрик не были капиталистами. А партократия и номенклатура в целом не была классом частных собственников. Вот это и было тем препятствием, которое не давало возникнуть в СССР олигархии.
Ведь олигархия — власть немногих — формируется только тогда, когда эта власть становится наследственной. Например, в кастовых обществах типа Индии, где человек, родившись в высших кастах, власть получает уже по праву рождения. Или в аристократической системе, которая была в России до 1917 года: сын графа с пелёнок автоматически наследует папин титул и привилегии, сын князя — князь, а сын холопа — холоп. И это всё легально, освящено законом, и с этим никто не спорит.
Но советские-то законы не позволяли передавать должность, скажем, секретаря горкома по наследству. Советские начальники не были детьми начальников: они в огромном большинстве имели либо крестьянское, либо пролетарское происхождение.
Таблица из книги А.Г. Вишневского «Серп и рубль: Консервативная модернизация в СССР» (М.: ОГИ, 1998. — С. 192).
Хотя, наверно, где-то в глубине души советские партократы мечтали о том, чтобы передать насиженное папой тёпленькое местечко своим детишкам. Но они не могли просто встать и сказать: всё, с завтрашнего дня власть — это наша монополия.
А вот конвертировать собственность во власть — с этой стороны можно было попробовать зайти. Но для этого надо было этой собственностью завладеть — провести ту самую при(х)ватизацию. А уже став капиталистами, то есть законными частными собственниками, можно было эти капиталы передавать по наследству своим детям и внукам. Ну, а имея капиталы, можно влиять на власть в выгодную для себя сторону: покупать эту власть, подкупать, всячески её развращать и коррумпировать.
А если ты простой советский секретарь горкома, ну или даже обкома, и твой служебный оклад в 3 или пускай в 4 раза выше, чем зарплата среднего работяги — много ты сможешь подкупить и коррумпировать? Воот... Тяжело жилось коррупционерам при проклятой советской системе.
То есть, для того, чтобы превратиться в олигархию, номенклатуре необходимо было сломать социализм. Именно социализм тут был главным препятствием. Его и сломали — сознательно и целенаправленно. А вот капитализм для олигархии органичен и естественен: олигархия в капитализме, как рыба в воде.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
Анна Петрович
мыслитель-самоучка
СИСТЕМА ПРОТИВ ТИРАНИИ
И почему современные демократии ей не следуют
Георгий Зотов
Журналист
МЫ ТАКОЙ НИЩЕТЫ РАНЬШЕ НЕ ЗНАЛИ
Что случилось с богатейшей нацией СССР?
Юрий Алексеев
Отец-основатель
ПЫЛЬНАЯ ВИТРИНА ЕВРОСОЮЗА
Прибалтика
Георгий Зотов
Журналист
ДЕМОКРАТИЯ ПО-СОМАЛИЙСКИ
Когда гамбургеры не спасли