С середины 80-х годов я работал рефмехаником в депо Валга, в Эстонии. Оно было ближайшим к Риге, и особых проблем это не создавало, поскольку на работу являться надо было не более десятка раз в год — оформляясь в полуторамесячную поездку и возвращаясь из нее. С распадом СССР мы стали гастарбайтерами, и поездка на работу превратилась в зарубежный вояж.

Зарплату в те блаженные времена нам платили маленькую, зато редко. Кормились мы в основном с колес, по принципу «что охраняю, то имею». Поэтому в отгулах между рейсами приходилось туго, и слух, что в кассе депо внезапно появились какие-то деньги, звучал, как приказ о мобилизации.

Вот однажды в начале лета 1993 года такой слух пронесся, и наутро человек двадцать отправилось за деньгами. Поезд до Валги к тому времени отменили, он шел до последней латвийской станции Лугажи. Оттуда, по идее, надо было автобусом ехать в город, перейти границу и еще с полчаса до депо. Это сложно, а железнодорожники привыкли ходить по шпалам, это всего километра четыре.

Депо совсем близко от границы, цель была уже видна, когда вдруг из-за кустов появились люди в военной форме, сказали, что они пограничники, а мы — нарушители границы, и потому задержаны. Двое отстали — это был какой-то чужой дядька с подростком, они не спешили в кассу, как мы. «Давайте, я им крикну, чтобы оставались с той стороны», — предложил я. «Молчать!» — последовал приказ. Те двое подошли, нас посадили в автобус и повезли. Приехали в воинскую часть, нас посадили в каморку около проходной и ушли, ничего не говоря.

Сидеть было скучно, а главное, страшно — пока доберемся до кассы, деньги кончатся. Из каморки можно было выходить, только через проходную не выпускали. Подросток перелез через забор, погулял вокруг и вернулся к отцу.

Хотелось есть, курильщикам — курить. Они стреляли сигареты у солдат, а я разыскал столовую и попросил хлеба. Дали несколько буханок, мы разломали на куски, съели.

Никто ничего о нашей судьбе не говорил. Наконец я нашел важного дядьку, назвавшегося фельдфебелем и сказавшего, что решается вопрос о возбуждении уголовного дела за нелегальный переход границы. Мы притихли.

Еще через какое-то время нам, опять ничего не говоря, вдруг велели садиться в автобус. Привезли туда, где задержали, а там еще несколько коллег в окружении пограничников: из Риги следующий поезд пришел. Объявили, что мы депортированы из Эстонии и должны возвращаться в Латвию.

Все радостно рванули к пропускному пункту, как раз можно было успеть в кассу к концу рабочего дня. А один приятель явно загрустил: оказывается, его вагон уехал из Риги в Валгу без него, и паспорт там остался.

Я сказал, что знаю надежное место для перехода границы. Мы подошли к пограничной речке, перебрели ее. На другом берегу — ряд домов, а за ними эстонская улица. Поднимаемся мы к ней — и как раз едет автобус пограничников, который нас привез. Мне показалось, что фельдфебель специально отвернулся, чтобы на нас не смотреть.

А денег, как ни удивительно, в кассе хватило.

P.S. Я хорошо помню: сидел тогда и думал — а зачем это все нагородили? Ходили себе люди годами, никого не трогали, а вдруг их стали хватать, таскать — кому от этого радость? И действительно, не прошло и 20 лет, и все вернулось к своему естественному состоянию — ходи куда хочешь, даже поезд опять до Валги пустили, только нашего депо давно уже нет...

Может, доживем, и так будет и с той границей, что за Зилупе — наверняка кому-нибудь удобнее ходить напрямик.