«Вчера в больнице у нас было обсуждение, насколько сложная сложилась ситуация в Мюнхене. Клиники больше не в состоянии оказывать первую помощь и перенаправляют поступающих больных в госпитали.

Многие мигранты отказываются быть обследованными врачами-женщинами, да и мы сами не желаем работать с этими животными, особенно с выходцами из Африки. Отношения между мигрантами и сотрудниками клиники становятся все более напряженными. Теперь с последних выходных мигрантов отправляют в госпитали с полицейскими подразделениями со служебными собаками.

У многих мигрантов СПИД, туберкулез, сифилис и ряд других экзотических болезней, которые мы в Европе уже и не лечим.

Когда им выписывают рецепт и они понимают, что за лекарство надо платить, то начинаются сцены. Особенно, когда речь идет о лекарствах для детей. Они просто оставляют своих детей в аптеках и говорят фармацевтам: «Раз так (надо платить), сами их и лечите!»

Теперь полиция берет под охрану не только клиники и госпитали, но и крупные аптеки.

Мы открыто спрашиваем в сложившейся ситуации: «Где все эти люди с приветственными плакатами, которые встречали мигрантов на железнодорожных станциях?»

Границы закроют, но миллион мигрантов уже здесь и от них уже никогда не избавиться.


До недавнего времени в Германии было 2,2 миллиона безработных. Теперь станет как минимум 3,5 миллиона.

Большинство из них не будут работать. Мизерная часть из них имеет какое-либо образование. Более того, их женщины обычно не работают. По моим прикидкам, каждая десятая из их женщин беременна. Сотни тысяч прибыли в Германию с младенцами или маленькими детьми до 6 лет. Дети истощены или просто запущены.

Если границы откроют, то я уеду из Германии и вернусь в Чехию. Никто меня не заставит здесь жить в сложившейся ситуации, даже если моя зарплата будет в два раза выше чем дома в Чехии.

Я уезжала жить и работать в Германию, а не в Африку или на Ближний Восток.


Даже профессор, глава нашего отделения в клинике, с грустью смотрит на происходящее, особенно когда видит уборщицу, которая вкалывает годами за 800 евро, а потом встречает молодых мужиков в коридорах, которые только требуют и требуют, все бесплатно, а если не получают этого, то ведут себя агрессивно.

Мне всего этого не надо, но я боюсь, что если я вернусь в Чехию, то там рано или поздно будет все также. Немцы то со своим врожденным порядком не могут справиться с ситуацией, а в Чехии наступит полный хаос.

Никто из тех, кто пока лично не столкнулся с мигрантами, не имеет ни малейшего представления, что это за звери, особенно те, кто из Африки, или мусульмане, которые свысока относятся к врачам из-за своих религиозных убеждений.

Пока никто из врачей еще не заразился болезнями, которые принесли с собой мигранты, но это вопрос времени, так как врачи осматривают сотни пациентов в день.

В одном из госпиталей мигранты с ножами напали на врачей, требуя осмотра восьмимесячного ребенка, которого они больным три месяца таскали по Европе. Ребенок умер через два дня, получив лучший уход в одной из лучших педиатрических больниц Германии. После того, как на врачей напали с ножами, доктора пришлось оперировать, а две медсестры попали в реанимацию.

Никого не привлекли к ответственности.


Местной прессе запрещено писать об этом. А если бы немец зарезал доктора или медсестру? Чтобы с ним стало? Или если бы он плеснул свою зараженную сифилисом мочу в лицо медсестре? Как минимум бы он предстал перед судом и оказался бы в тюрьме. Мигрантам все сходит с рук.

Ну и где все эти люди с плакатами «Добро пожаловать»? Сидят дома и наслаждаются своими деньгами от гуманитарных неправительственных организаций? Ждут новые поезда и новую получку за то, что за деньги изображают из себя радующихся мигрантам немцев?

Я бы всех этих людей взяла бы за шкирку и привела бы к нам в отделение первой помощи, а затем бы отправила бы их без полиции, без собак и без охраны, которые теперь в больницах по всей Баварии, чтобы они попытались выжить в лагерях мигрантов».