То, что приходит легко, увы, не ценится по-настоящему. Я о прибалтийской государственности. Судьбу трёх республик, омываемых прохладными водами Балтийского моря, практически всегда решали внешние игроки, иностранные агенты влияния.

Рижский епископ и Ливонский орден оспаривали друг у друга властные полномочия почти четыре столетия. Густав II Адольф отбирал Ригу у Сигизмунда III. Пётр Первый громил неразумных шведов и договаривался о Прибалтике с прибалтийско-немецким дворянством. В Ништадте вопрос прибалтийских территорий решался на самом высоком международном уровне.

В XIX столетии латышская культура (в том числе и политическая) только-только начала формироваться. Окрепнув к началу Первой мировой войны, она снова стала достоянием внешних сил.
 

Отсутствие субъектности — вот главный бич балтийских народов. Судьбу Латвии, Литвы и Эстонии решало ленинское правительство и английские эмиссары.

Владимир Ильич несколько раз подписывал исторические документы, по которым Латвия обретала право на жизнь.

В межвоенный период Латвия сидела на иностранных дотациях, а стратегия её руководства всецело зависела от тех, кто эти дотации предоставлял. В 1940 году единственно возможное решение по Прибалтике принял Иосиф Виассарионович Сталин.

В 1941 году началась агрессия Третьего Рейха против Советского Союза. Жители Прибалтики разделились на диаметрально противоположные группировки, но участие всех трёх народов в жесточайшем геноциде с 1941 по 1945 год неоспоримо и оправданию не подлежит.

В советское время местным элитам оставалось только просить и соглашаться. Кремль снисходительно-милосердно позволял всё. Только однажды вмешался Никита Сергеевич, дабы разогнать национал-коммунистическую камарилью.
 

В начале 1990-х годов Горбачёв проявил преступную слабость, чем и воспользовались американские бойцы авангарда Холодной войны.

Решать свои проблемы и завоёвывать свои позиции самостоятельно так и не научились. Первыми и последними героями здешних территорий были стрелки — белые и красные.

Отсутствие опыта государственности, вакуум национальной идеи, увязывание идентичности с правом обладания национал-этнографической эмблематикой — это не тот путь, который позволяет выковать своё государство. И дело не в территории и численности населения. Стоит упомянуть для контраста Сингапур, Люксембург, Андорру, Бруней.

Вывод такой: чтобы иметь своё самодостаточное государство, надо (было) быть другими. Получится ли?
 

---

---