Перед Днём Победы я езжу под Балдоне, в Спалениеки, на мемориал советским воинам, погибшим за освобождение Латвии от фашистов.


Там лежат бойцы 158-й стрелковой дивизии, которая 22 сентября 1944 года, взламывая оборону противника, форсировала речку Кекавиня, овладела Балдоне, после чего выполнила главную задачу командования — вышла к реке Западная Двина... Но 535 воинов дивизии навсегда остались лежать в поле, что рядом с хутором Спалениеки.

На сей раз мы поехали туда с дочерью. Она за рулём, а я — на месте пассажира, с редкой возможностью спокойно глазеть по сторонам, всматриваясь в отрывающиеся дали...





На мемориале всё по-прежнему, за исключением:

— выпилили несколько состарившихся деревьев,

— распахали поле за памятником.
 









 
Яблонька, которую я посадил три года тому назад, этой зимою пострадала.





И пострадала она, скорее всего, от косуль, которые отгрызли верхние ветви. Досадно...





Даша деревце обильно полила, полагаю, оно оживёт.





Меня сильнее обеспокоило другое — мраморные плиты с фамилиями бойцов: они сильно потемнели, и я догадываюсь, от чего.





Скорее всего кто-то решил почистить буквы, используя растворитель, который растворил чёрную краску, которой перед тем пытались «освежить» буквы. Краска размазалась по мрамору и въелась в поры камня.





Пример инициативы — искренней, но, к сожалению, невежественной...



 

Докладываю всем причастным к мемориалу у хутора Спалениеки.

Всё здесь в порядке.

Мемориал силами Балдонского самоуправления убран.

Мусор и ветви сжигаются.





Скворцы в скворечниках.

Жаворонки в небе.

Небо синее и, слава Богу, мирное.