Спасибо всем, кто сердечно откликнулся на мою потерю. Думаю, потому, что многие друзья и знакомые хорошо знали моего сфинкса Патрика.



Он и правда был не по-кошачьи общительным, особенно, когда собирались большой ИМХОклубной компанией. Встречал у дверей, потом делал обход, уделяя внимание и задерживаясь на коленях у каждого сидящего за столом.

Мой клубный товарищ Андрей Жингель растроганно признался, что Патрик — единственный из всех встреченных в жизни котов оценил его как доброго человека. И с Олегом Озерным нашли, что сказать друг другу, даже на фотку попало их объяснение в любви.



Жаль, что не засняли, как Валера Суси, забыв про больную спину, носился с котишкой по дачному дворику и как они вместе под общий хохот отплясывали ламбаду.

Чаще всех Патрик встречался с нашей общей подругой Мариной Феттер. И не только потому, что ему перепадал самый вкусный кусочек из ее тарелки, она — его главный фото и видео-оператор. Почти все, что осталось на память, запечатлено Мариной. 

Из всех ИМХОклубных друзей только председатель Юра Алексеев … избегал общения с Патриком, а то и самого застолья. И знаете, почему?! К моему возмущению, этот человек утверждал, что даже если в джинсах сядет на стул, где побывал сфинкс, у него начинается аллергия и так чешется (изините!) жопа, что среди ночи вынужден мчаться в аптеку за тавегилом. С более оскорбительным наветом на моего котейку я никогда не сталкивалась!

А вот если кто-то из подруг забегал просто на поболтушки, все ждали от Патрика обязательную программу с непременными обнимашками. Поэтому не знаю, что и ответить моей Лиле Орловой «кто ж мне теперь будет пузо греть?». А ведь, если надо, он не только грел, но и лечил.

Был удивительный случай с моей знакомой, годами страдавшей от «дамского» недуга и постоянных болей. Объездила полмира, нигде не помогли, готовилась к операции и часто заходила к нам поделиться-пожаловаться. После одного из кофепитий с пузогрением она радостно известила, что боль вроде как поутихла, попросила разрешения заходить чаще и действительно повадилась на «процедуры». Эти визиты казались мне блажью, но, куда деваться — иронично терпела котоцелительство вместе с потерей своего времени.

А дальше... можно не верить, но, со слов бывшей страдалицы и к изумлению врачей, показания к операции исчезли. Мы это дело отметили с шампанским, а «лекарь» получил в подарок лакомство, свитерок и ... солнечные очки для прикола.

Как-то и меня прихватил цистит. К врачу сразу не попасть, таблетки не помогали, решила и на себе испытать лечебные способности Патрика.

Обычно безропотный, но в тот раз капризничал и никак не желал прижиматься к моему пузу, а мне было очень больно. Отчаявшись, напялила вязаные рейтузы, оттянула резинку и давай заталкивать «туда» сопротивлявшегося беднягу. Удалось с трудом, но сам котя, наверно, не знал, что и думать про свою мамашку, насильно пихавшую его в штаны. Смешно стало потом, а тогда, избавившись от боли, решила: фсё — «если я заболею, к врачам обращаться не стану». И уж как я Патрюху нацеловала и даже за лолосинкой для него сбегала!

Конечно, и огорчения доставлял, не без того. «Про это» даже разразилась однажды рассказом под названием «Сволочь», отправила в ИМХОклуб, а Юра Алексеев так классно его оформил для рубрики «Ми-ми-ми». Если кому интересно, повторюсь: 

Не часто, но очень душевно Патрик принимал и наших с ним самых близких родственников-иностранцев — дочку с мужем и внуков.









До свиданья, мой ласковый Патрик …

Прощание..



Всё хорошее когда-то заканчивается, как и сама жизнь. Спасибо тебе, мой дружок, за целых 16 лет радости, за твой характер, безропотность и все твои приколы. Вот последний твой портрет за минуту до спасительной инъекции.