---

Валерий Карбалевич: политолог, кандидат исторических наук, политический обозреватель белорусской редакции «Радио Свобода»
 

---

Мы другие, мы — «белорусский мир»

Без национализма нет полноценной нации. Без нации нет полноценного государства. Кто выступает против белорусского национализма, тот выступает против белорусской государственности.

Формирование нации и национальной государственности требует дистанцирования от колониального (в нашем случае от российского и советского) наследия. Ведь если строить нацию и государство на идейной основе империи, метрополии (как предлагает мой оппонент), то возникает естественное вопрос: зачем оно отделилось от этой империи? Если мы русские, то почему мы живем в отдельном государстве Беларусь? К чему это может привести, прекрасно иллюстрирует история с Крымом.

Белорусская социальная модель медленно умирает. Мне ее не жаль, ибо она на два десятилетия заблокировала развитие Беларуси. Но проблема в том, что под ее обломками может быть похоронена белорусская государственность. Ибо смена модели — это всегда кризис. Формирование белорусской идентичности на основе этнокультурного национализма, национальная мобилизация должна стать той скрепой, которая сохранит независимую Беларусь в кризисные времена.

Отказ от национального мифа открывает двери для появления здесь другого, чужого мифа. Ведь природа не терпит пустоты. Идеологического, ценностного вакуума не бывает. Если эта ниша не заполнена одним мифом, то ее займет другой, конкурирующий миф. А какой миф здесь лежит на поверхности, витает в воздухе, доминирует в информационном пространстве? Правильно. Это идеологема «русского мира». Она продвигается через российские телеканалы, российскую культуру. Отказ от белорусского национального мифа обезоруживает нацию, открывает путь для внедрения здесь русского мифа, который, кстати, хорошо разработан. Это объективный процесс, который не зависит от желаний — возможно, и искренних — экспертов.

После Крыма идеологема «русского мира» стала предельно агрессивна. Эту угрозу почувствовало даже белорусское руководство. И защитой от него становится новая мифология, которая должна показать, что мы не являемся частью «русского мира», мы другие, мы — «белорусский мир». Это диктует инстинкт самосохранения белорусского социума.